Dance Open, лучший на сегодня российский балетный фестиваль, объявил программу XIX сезона и открыл продажу билетов. Несмотря на первый sold out, наступивший почти мгновенно, COLTA.RU считает важным прокомментировать главные пункты обширной программы.
Танец в России пошел в наступление: он сопротивляется снобизму интеллектуалов и зрительской инерции, не желает бытовать лишь как светский повод и культурный курьез, хотя именно так его иногда представляют. Фильм о хореографе Каннингеме собирает залы по всей стране, фестиваль Context. Diana Vishneva предъявляет обойму из пяти больших спектаклей (к его программе COLTA.RU вскоре вернется), а фестиваль Dance Open в очередной раз предлагает блестящую международную программу. В ней есть одна простая идея: танец разнообразен, и, если последовательно взглянуть на него под разными углами, можно при желании увидеть жизнь-как-она-есть, уловить, какое отношение имеет к нам это бессловесное, бессюжетное и бессодержательное искусство (самое непрямое, конечно, отношение). Вот почему на Dance Open желательно смотреть не один-два балета, а всю программу — насквозь.
У Чайковского в «Пиковой даме» после рассказа о трех картах есть фраза: «Вот тебе отличный случай, чтоб играть без денег». Положим, вы балет не любите и в сценических телодвижениях ничего не понимаете. Тут в Петербург привозят спектакль Александра Экмана — вот вам отличный случай, чтоб полюбить балет без танца. Это удивительное умение Экмана — ставить балеты совсем без танцев. Я сейчас не ругаю ни хореографа, ни фестиваль за его выбор: это превосходный выбор. И вдвойне хорошо, что в спектакле под названием «Сон в летнюю ночь» нет ничего от Шекспира: все равно никто не помнит толком ни фабулы, ни имен героев, только что-то смутное про ослиную голову.
Летняя ночь в названии — с 21 на 22 (или с 20 на 21) июня: «Сон» поставлен как ритуал летнего солнцестояния, театральная фантазия по скандинавскому фольклору. Самый впечатляющий фокус Экмана — огромные кордебалетные ансамбли, где толпа в строго ритмизованном порядке швыряет сено (им тут завалена вся сцена) или поднимает бокалы за огромным столом, повторяя одну связку движений сотню раз и тем вводя зрителей в транс. В этих эпизодах, совершенно по-балетному организованных, становится понятно, почему танцы Экману не нужны.
«Сон» поставлен, как сказали бы в старину, à grand spectacle — с чувством большой сцены, с размахом и зрелищностью, когда можно любоваться энергичным швырянием пластических масс, а можно дойти до экстаза от одних только перемен декораций и света. Два часа безумства с летающими кроватями, застольем и растущим вверх корнями лесом: балет Экмана занимает нишу большого нарративного балета, которая в новом сезоне Dance Open оказалась пуста. Можно, впрочем, не торопиться: билеты уже размели. Так что листайте гид дальше — в остальных пунктах программы еще можно попытать счастья.
