Надо отдать должное времени, способному расставлять все по своим местам — в частности, определить точную локализацию на кинокарте режиссера Сюзанны Бир, автора, крайне уклончивого в жанровом отношении. Когда-то Бир казалась прямолинейным соцреалистом, взывающим к человечности мидл-класса, — эта стратегия принесла ей «Оскар» за «Месть». К счастью, опыты датчанки в совершенно астрахановском ромкоме («Любовь — это все, что тебе нужно») и ее неловкая голливудская гастроль (от «Серены» у неподготовленного зрителя может свести мозг) привели ее ко «Второму шансу» — а он объясняет о Бир все.
То, что раньше казалось робкой сатирой, здесь обернулось тяжелой, как артиллерия, бескомпромиссной драмой с моралью; такие в России снимает режиссер Быков. Лучшие лица датской актерской школы разыгрывают тут историю, сочиненную Андресом Томасом Йенсеном (его драматургия полна таких запредельных сюжетов — от пародирующих «Рассекая волны» «Открытых сердец» до «Уилбур хочет умереть», от «Братьев» до «Антихриста»). Собственно, «Второй шанс» — это и есть первая четверть «Антихриста», но поставленная на repeat и вдобавок возведенная в квадрат. Буквально — вместо одной несчастной пары молодых родителей здесь настойчиво рифмуются две. С одной стороны — опрятный полицейский инспектор и его молодая жена, которая никак не вытравит тревогу из взгляда (Мария Бонневи, снимавшаяся в «Изгнании» Звягинцева). С другой — пара героинщиков из блочной многоэтажки: полицейский заглянет к ним по сигналу о домашнем насилии — и обнаружит несчастного, сильно загаженного младенца. Угадайте, куда отправится детектив, когда его собственный ребенок вдруг перестанет дышать, а жена повредится рассудком от горя?
Детская смерть и героин, женское сумасшествие и много-много богато размазанного по кадру кала — Бир храбро погружается в физиологичный кошмар уже не просто представителя мидл-класса, а любого здравомыслящего человека в принципе. И выныривает в некотором роде победителем: это уже не худосочный скандинавский нуар или эстетствующая психодрама, а лютый, не нуждающийся в культурном переводе палп, штучная продукция.
