© «Мир знаний 2020»До марта 2018 года в охраняемом заповеднике в Кении обитал последний в мире самец северного белого носорога по кличке Судан. Он прожил достойные 42 года и успел стать живым символом и вместе с тем укором всему человечеству. Судан был бесплоден — но самки белого носорога еще живы, а сперма вида хранится в криобанке, так что совсем без этих огромных животных планета не останется. Но для красного словца и пущей убедительности кенийские экскурсоводы и смотрители заповедника толкают трогательные заученные речи, неизменно вызывая у наивных туристов слезы умиления и гневные слова в адрес человечества. Мы постоянно кричим о спасении диких зверей, а сами их так безжалостно убиваем! Видимо, белым путешественникам необходимо добраться до Африки, чтобы прийти к этому ошеломляющему выводу.
Голландка Флор ван дер Мюлен фиксирует три последних года жизни почтенного самца. К преклонному возрасту он стал суперзвездой мира животных. Туристы приезжают, чтобы прикоснуться к нему как к священной реликвии; ухаживающие за ним сотрудники заранее начинают прощаться со своим любимцем и рассказывают, как он изменил их жизнь; собираются международные комиссии, долго и мучительно решающие, как бы не дать другим редким видам повторить судьбу северного белого носорога. Сам зверь всей шумихи вокруг не замечает и остается верен себе. Он погружен в привычный быт: пощипать травку, поваляться в грязи и постоять на солнышке.
На похороны последнего самца приезжают делегации политиков и духовой оркестр, вокруг надгробия произносят пламенные речи и совершают ритуальные танцы. Не каждого великого человека провожали так, как Судана! Можно не сомневаться, что, когда на Земле останется один-единственный, например, жираф, его ждут точно такие же почести.
© «Мир знаний 2020»Голландская документалистка прекрасно знакома с творчеством Ульриха Зайдля и наверняка смотрела его «Сафари». Ее саркастически-мизантропический взгляд похож на взгляд Зайдля, только объектом исследования становятся не убийцы-браконьеры, а спасатели исчезающего вида. Тем не менее интервью с ними ван дер Мюлен снимает в манере старшего товарища: широкая панорамная экспозиция, глядящий прямо в камеру человек и строго выстроенный кадр. Рассказчик делится своими самыми интимными переживаниями, но такая провокационная манера съемки резко сбивает весь пафос его речей.
«Последний самец» — ироничная лента, показывающая, как благие намерения скатываются в откровенный фарс. Ван дер Мюлен умело схватывает абсурд, окружающий вроде бы трагическую тему исчезновения целого вида крупных животных. В мире постправды все злодеяния уже свершились, и остается только тихонько посмеиваться над обрядами и самобичеванием сильно запоздавших охранителей уникального носорога.
