28 апреля 2016Кино
1115

На серпе и молоте распяты

Вся правда о русской революции в 8 фильмах 1917—1921 гг.

текст: Виктор Зацепин
4 из 6
закрыть
  • Bigmat_detailed_picture
    3.

    Не остался в стороне от осуждения большевизма и корифей раннего Голливуда Д.У. Гриффит. В своей исторической драме «Сиротки бури» (1921) — о Французской революции — он постоянно сравнивает вкрадчивого и вероломного Робеспьера с подлыми большевиками и в интертитрах поясняет, что американское правительство — на стороне добра и правды и оно совсем, совсем не таково, как проклятые большевики! Из младших коллег Гриффита большевистской темы в те же годы коснулись Ф.В. Мурнау в фильме «Обличья Сатаны» («Satanas», 1919 г., фильм не сохранился) и К.Т. Дрейер в картине «Страницы из книги Сатаны» («Blade af Satans bog»). Оба фильма сделаны под впечатлением от исторической панорамы Гриффита «Нетерпимость» и представляют собой серию новелл об исторических похождениях дьявола — ну а большевики здесь выведены в качестве дьяволов наших дней. Так, в заключительной новелле фильма Мурнау фигурирует зловещий персонаж-социалист по фамилии Гродский — его, как и всех остальных исторических чертей в этой картине, сыграл Конрад Файдт, знаковый актер экспрессионизма. В рецензиях того времени его роль описывается как «сентиментальный дьявол, страдающий от собственной злой природы». Та же логика прослеживается и у Дрейера: в последней новелле «Страниц из книги Сатаны» после многих исторических мытарств Бог посылает Сатану искупать свои грехи в современную (1918 год) Финляндию. На этот раз дьявол предстает в облике свирепого монаха-большевика Ивана, который насаждает советскую власть, командует расстрелами партизан и вынуждает главную героиню, фермершу Сири, совершить жертвенное самоубийство. Фильм Дрейера заканчивается словами: «Героический поступок Сири сократил срок наказания Сатаны на тысячу лет, но Бог осудил его на многие мириады веков, и потому Сатана будет искать новые жертвы и новые судьбы».


    Понравился материал? Помоги сайту!

Сегодня на сайте
Владимир Лагранж: «Меня спросили: “Володь, а вот ты во Франции был. А нищих там, какой-то социальный провал не снимал?”»Общество
Владимир Лагранж: «Меня спросили: “Володь, а вот ты во Франции был. А нищих там, какой-то социальный провал не снимал?”» 

Разговор с классиком советской фотографии об условиях работы репортера в СССР, методах съемки и судьбе его фотографического архива

16 августа 20181474