Еще один фильм программы, прибегающий к форме исповедального войсовера, искусно диссонирующего с меланхоличной картинкой на экране. «Голоса из Чернобыля» — экранизация «Чернобыльской молитвы» Алексиевич. Ну то есть как экранизация: пока голоса за кадром монотонно, словно в суде, читают выхолощенные французским переводом показания пострадавших от аварии, на экране проходят картины невероятной красоты. Отказавшись от буквальной инсценировки описываемых в книге ужасов распада страны, семей и тел (одобряем!), Пол Крухтен создает видеоинсталляцию, посвященную, скорее, долговременным последствиям катастрофического события — а также печали и меланхолии (язык не поворачивается назвать все эти образцы ландшафтного и интерьерного дизайна скорбными). Другой вопрос — насколько все это декадентское шоу имеет отношение к реальному Чернобылю? Ностальгические интерьеры, в которых фарфоровые оленята подобраны под цвет кухонной формики и нет ни одного лишнего предмета, портящего лаконичную композицию из ковра, телевизора и торшера. Живописный urban decay брошенной Припяти (ростки кленов пробиваются сквозь паркет панелек, ржавые аттракционы в детском парке превращаются в скелеты вымершей мегафауны, стаи птиц летят через розовый закат над саркофагом и прочее). Скромная бедная красота летнего Славутича — коробки типовых домов среди южной зелени, красивые дети ровными рядами сложены на асфальте, пустые прямые улицы, по ним ходит грустная Динара Друкарова в красивом платье. Пустые дворцы советского модернизма: мозаики, пролеты, деревянные панели, лианы... дух захватывает. Глядя на это кладбище великолепия, невольно думаешь, что атомная катастрофа — лучшее, что могло случиться с этими унылыми при жизни советскими городками.
