Стихи о черном угле

© BFI

Каждое утро щупленький, похожий на ребенка (и на юного Дэн Сяопина одновременно) Лян Дай отправляется в заброшенный, окруженный руинами каменной изгороди сад и сидит там день-деньской, подставив лицо солнцу. Лян — последний из некогда богатого и многочисленного клана, выкошенного недавней войной (формально китайско-японской — но действие «Весны» проходит в достаточно условном пространстве без временных и географических ориентиров), он сломлен духовно и физически — вечно пьет какие-то порошки, которые жена приносит ему из города. Их брак давно превратился в безрадостное сожительство инвалида и верной сиделки; единственный веселый человек во всем доме — младшая сестра Ляна, девочка-подросток Сью, увлекающаяся выращиванием деревьев-бонсай. Упаднический быт внезапно нарушает приезд гостя. Старый друг больного, доктор Чжан в модном европейском платье, прибывает прямо из Шанхая, чтобы с удивлением обнаружить в его доме и свою первую любовь.

Фильм режиссера и поэта Фэй Му снят в Шанхае во время гражданской войны — через год Мао объявит в Пекине о победе над Гоминьданом, и шанхайские киностудии начнут спешно эвакуироваться в Гонконг. «Весна в маленьком городе» будет забыта на 30 лет — новая власть запретит ее как буржуазное искусство, но в 80-х, как раз во времена юности режиссеров шестого поколения, фильм будет найден в архивах и начнет вторую жизнь. Новые зрители с изумлением обнаружат в нем глубинную мизансцену, почти базеновский отказ от беллетристического нарратива и пристальное внимание к потоку обыденной жизни. Отталкивающийся, по словам режиссера, от современного ему китайского театра, принцип повествования в «Весне» может быть описан как «присутствие через отсутствие». Каждая сцена фильма пропитана желанием, сексуальное напряжение между гостем и хозяйкой стоит в воздухе плотным туманом — но за исключением пары сцен, в которых моральный долг влюбленных ослаблен рисовым вином, ни один из героев не выходит за рамки обыденного, нейтрального поведения. Мелодраматическая завязка выливается в настоящий саспенс, за каждым бытовым жестом и взглядом в сторону зритель подозревает признаки грядущей измены. Так медленная, сдержанная хроника повседневной рутины (чай, обеды, прогулки, походы на рынок) превращается в довольно страстную кинопоэзию, актуальную и сегодня.

Понравился материал? Помоги сайту!