2 августа 2016ИскусствоОтпечатки
15408

Четыре выставки

От протеста к теории, от теории к пластике

текст: Сергей Гуськов
1 из 4
закрыть
  • COLTA.RU уже предлагала читателям разбор Московской международной биеннале молодого искусства как цельного явления. Теперь мы бы хотели поговорить об отдельных проектах, которые открылись в рамках этой то ли биеннале, то ли фестиваля, то ли странного кулинарного эксперимента в этом году, и не только.

    Bigmat_detailed_pictureБасма Альшариф. История молока и меда. 2011. Кадр из видео© Basma Alsharif / Galerie Imane Fares, Paris
    Время обоснованных сомнений

    Стратегические проекты проводились на молодежной биеннале не с самого начала, и когда это случилось впервые в 2012 году, многие задались вопросом, зачем это событие, во многом дублирующее основной проект, нужно. Ответ витал в воздухе: основной проект, в некотором роде ставший «ничьим» (хотя по факту, конечно, было ясно, кто этим всем занимается, кто больший командир, кто меньший, о чем точно написала Александра Новоженова), оторвался в глазах общественности от создающих его институций, переместился на нейтральную площадку, не принадлежащую ни MMOMA, ни ГЦСИ. И центр, и музей нуждались в том, чтобы организовать биеннальные события в подконтрольных им пространствах. Первый в истории стратегический проект был один на двоих, благо здания музея в Ермолаевском переулке и центра на Зоологической улице находятся в шаговой доступности друг от друга. На IV биеннале стратегических проектов было аж семь — пять в музее, а из двух, организованных в ГЦСИ, один, не уместившийся, открылся в универмаге «Цветной». Тогда же была введена система заявок: «кураторская группа» отбирала из нескольких десятков предложений. В нынешнем году стратегических проектов всего два — по одному на каждого из организаторов. Тупиковые ветви эволюции подрубили, а каждая институция получила свою «личную» зону ответственности. И они подобраны так, что составляют два полюса сегодняшнего художественного процесса.

    Первый проект — «Время обоснованных сомнений», кураторами которого выступили итальянки Валерия Манчинелли и Сильвия Франческини, проходит в ГЦСИ. Это многослойная документальная история, что немудрено: ведь, например, Франческини всегда интересовали именно исторические проекты, работа с архивами и свидетельствами. Специфика характерных для таких выставок медиумов и подходов делает их не самыми простыми для восприятия — обычно зрелищная часть в этих проектах сведена к нулю, хотя, конечно, здесь есть видео и фотографии, но подбираются и/или создаются они зачастую исходя из теоретических установок. В общем, такого рода проекты всегда потенциально тяжеловесны и скорее способны отпугнуть зрителей. В них много рассудка, но мало чувственности и пластики. Поэтому для кураторов это серьезный вызов — как сделать подобные выставки при всей их интеллектуальной нагруженности еще и интересными для широкой аудитории. Обычно это решается за счет добавления, скажем так, чужеродных элементов вроде музыкальных выступлений, более-менее популярных дискуссий и лекций. Раз уж на выставке зашкаливает дискурсивная составляющая, то она просто трансформируется в понятный формат — образовательный проект. Другой вариант — разбавлять экспозицию условно «легкими», аттрактивными работами.

    Луис Хендерсон. Черный кодекс. 2015. Кадр из видеоЛуис Хендерсон. Черный кодекс. 2015. Кадр из видео© Louis Henderson / Spectre Productions

    Манчинелли и Франческини этими очевидными путями не пошли, что, естественно, с их стороны было крайне рискованно. И, возможно, часть аудитории они из-за этой бескомпромиссности все же потеряли. Их выбор — сделать цельный, серьезный проект. Ключевым в названии выставки является слово «сомнение». Каждая из представленных работ создает «контрнарративы по отношению к устоявшейся историографии», как определяют это кураторы. Здесь обсуждаются война, оккупация, колониализм, рабство.

    Вот пара характерных проектов. Инсталляция живущей в США палестинской художницы Басмы Альшариф «История молока и меда» (2011) рассказывает о том, как геополитика вмешивается в самосознание человека, о невозможности не то что выстроить свою идентичность в условиях гражданских конфликтов и войн, но просто говорить. Речь рассказчика, звучащая и отображаемая на экране, буквально распадается, иногда она еле видна/слышна. И, конечно, эта работа накрепко связана с историей Ближнего Востока, которая однозначно повлияла на биографию автора. Частично этот проект можно посмотреть здесь.

    Урок Ширхан. Общество оккупации Ирака. 2013Урок Ширхан. Общество оккупации Ирака. 2013© Colta.ru

    Проект проживающего в Германии российского художника Михаила Толмачева «Линия места» (2015) хорошо демонстрирует то, о чем было сказано выше. Это практически чистая теория, замаскированная под фотосерию. В основе, как и в случае многих других работ автора, лежит вовсе не некое явление современности, которое нам, казалось бы, демонстрируется, — в данном случае война на востоке Украины, — а размышления о том, как вообще можно что-то показывать. У этих черно-белых изображений есть исходники, фотоснимки, сделанные российскими и украинскими новостными агентствами по обе стороны от линии фронта, но Толмачев их объединяет, сильно изменяет, поскольку справедливо не доверяет «непосредственному опыту». Но и эта своеобразная конструктивная объективность, попытка найти точное отражение происходящего, оканчивается неудачей — снимки становятся практически абстрактными. В следующем проекте Толмачева, уверен, эксперимент — уже на новых объектах исследования — продолжится.

    Этот момент присутствует у всех художников, представленных на выставке. С одной стороны, практически все они хотят вовсе не объяснять мир, но изменить его (для большинства это исходная интенция), однако на подступах к этому изменению они задумываются о своих дальнейших шагах — и критика превращается в безостановочное теоретизирование.

    Подписывайтесь на наши обновления

    Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

    Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

    RSS-поток новостей COLTA.RU

Сегодня на сайте