О проекте

№10Кто платит за культуру?

25 ноября 2016
8133

Добрая воля

Как верхушка российского бизнеса понимает благотворительность. В цифрах

текст: Елена Буйских
Detailed_pictureОткрытие выставки «Норильский комбинат. 8 десятилетий» в Мультимедиа Арт Музее© Таймырский телеграф

В апреле 2012 года президент Владимир Путин вручил почетные грамоты миллиардерам Году Нисанову (группа компаний «Киевская площадь», горский еврей из Азербайджана), Самвелу Карапетяну («Ташир», армянин) и Зиявудину Магомедову («Группа Сумма», дагестанец). Эти исповедующие разные религии бизнесмены, чье совокупное состояние превышает $5 млрд, «внесли большой вклад в реализацию мероприятий по восстановлению Кронштадтского Морского собора во имя Святителя Николая Чудотворца», за что и получили награды из рук президента.

Нисанов — крупнейший владелец коммерческой недвижимости в Москве, ему принадлежат всегда заполненный покупателями торговый центр «Европейский» у площади Киевского вокзала, гостиница Radisson Royal («Украина») на Кутузовском проспекте и многие другие знаковые объекты. Холдинг «Ташир» Самвела Карапетяна занимается девелопментом, строительством, владеет торговыми центрами «РИО», поставляет оборудование «Газпрому» и не последний игрок в энергетике, совокупный годовой оборот его компаний превышает 165 млрд рублей. Зиявудин Магомедов с братом владеют несколькими крупными портами, рыночная капитализация их компании FESCO составляет $145 млн. На восстановление собора ушло чуть больше 6 млрд рублей (порядка $20 млн по курсу того времени), при этом много денег было выделено из бюджета и принесено частными благотворителями. И все же вклад трех бизнесменов был оценен высоко.

Многим благотворительные проекты достаются вместе с приватизированными или купленными градообразующими предприятиями.

Нет ни одного миллиардера, входящего в список Forbes, который в той или иной степени не занимался бы благотворительностью. Бизнесмены помогают детским домам, больницам, церквям, школам. Многие собирают и выставляют на всеобщее обозрение произведения искусства, поддерживают художников, музыкантов, издают книги. Четко сложившихся правил, зрелой культуры и даже индустрии благотворительной деятельности, которая давно существует на Западе, в России всего за 25 лет после конца СССР сложиться не могло. Однако похоже, что российские миллиардеры в первом поколении тоже чувствуют долг перед обществом и исполняют эти обязанности пусть менее технично, зато подчас более рьяно, чем их западные соратники.

Как человек, сколотивший состояние в эпоху первоначального накопления капитала, приходит к благотворительности? Есть несколько основных путей. Во-первых, к коммерсантам, чей бизнес становится чуть более заметным на фоне других таких же бизнесов в их городе или районе, начинают приходить за помощью незащищенные слои населения: люди, которым не хватает денег на операцию, содержатели приютов для животных, директора детских домов или музыкальных школ. Например, миллиардер Александр Светаков однажды принял у себя директора интерната для детей с ограниченными умственными возможностями. Светаков откликнулся на просьбу о помощи и подарил интернату много компьютерной и оргтехники, но когда заехал проведать, увидел, что в капитальном ремонте нуждается само здание. С тех пор владелец группы «Абсолют», которого кое-кто считает успешным и безжалостным рейдером, выделяет деньги на регулярной основе и создал фонд «Абсолют-помощь», который возглавил тот самый директор интерната.

Во-вторых, многим благотворительные проекты достаются вместе с приватизированными или купленными градообразующими предприятиями. Содержание больниц, поддержка школ и домов культуры, детских лагерей отдыха из социальной нагрузки на компанию становятся личным проектом владельца. В-третьих, очень часто бизнесмены расстаются с деньгами «по звонку» — когда профинансировать реставрацию музея или храма просит губернатор, другой сановник вплоть до президента. Частный случай этих двух видов благотворительности, доведенной до абсурда, — восемь лет Романа Абрамовича в качестве губернатора Чукотки. Очень часто благотворительными проектами занимаются члены семей бизнесменов: журнал Forbes нашел минимум 12 примеров, когда жены или дочери миллиардеров из списка не просто номинально возглавляют благотворительные фонды, но активно работают в них. Например, основательница фонда поддержки современного искусства «Винзавод» и супруга Романа Троценко Софья — профессиональный менеджер в сфере культуры.

Наконец, личные пристрастия и запросы в сфере прекрасного часто побуждают бизнесменов собирать коллекции произведений искусства, а потом выставлять их на всеобщее обозрение, создавая собственные картинные галереи или библиотеки.

Не десятина

Насколько щедры российские благотворители? Точно ответить на этот вопрос очень сложно. Количество денег, раздаваемых каждым миллиардером просто так, разовыми суммами, не поддается учету. Благотворительные организации, которые новые русские меценаты и филантропы стали создавать в XXI веке, далеко не всегда публикуют корректную отчетность хотя бы по российским стандартам бухгалтерского учета. Однако крупные фонды, созданные богатейшими людьми страны, тяготеют к прозрачности и выкладывают у себя на сайтах цифры расходов за год.

Акционер «Норильского никеля» Владимир Потанин в советское время построил успешную карьеру в системе внешней торговли, а в 1990-е выступил идеологом системы приватизации крупных промышленных предприятий через механизм залоговых аукционов. В 1996—1997 годах Потанин был первым вице-премьером правительства России, в тот же период созданная им и Михаилом Прохоровым группа «Онэксим» консолидировала контрольный пакет «Норильского никеля». Этот крупнейший в мире производитель никеля и палладия приносит больше $1 млрд чистой прибыли ежегодно, Потанин и по сей день остается крупным акционером комбината. Со своим партнером Михаилом Прохоровым он поссорился и разделил активы; некоторые считают, что поводом послужил скандал в Куршевеле. Именно Потанина СМИ называли истинным автором идеи провести в Сочи зимнюю Олимпиаду 2014 года, которая никогда уже не будет вспоминаться отдельно от аннексии Крыма.

Бывший рейдер стал едва ли не единственным в стране владельцем частного театра.

Потанин зарегистрировал свой благотворительный фонд одним из первых среди российских миллиардеров, еще в 1999 году. Что декларируется как основная цель? «Содействие развитию благотворительности в России, формирование общественной среды, где ценностями являются творчество, профессионализм и добровольческая активность» — сказано на сайте фонда. Развитие филантропии — отдельное направление деятельности, благотворитель желает воспитывать благотворителей, так как «сильная и развитая некоммерческая сфера является непременным условием стабильного социального развития». Например, с 2007 года Потанин финансирует программу «Целевые капиталы»: выдает суммы денег некоммерческим организациям с тем, чтобы они научились позже изыскивать средства другими способами. Кроме этого фонд Потанина поддерживает несколько партнерских программ с российскими музеями: например, в конкурсе «Музей.Диалог» участвуют 359 таких организаций.

Геннадий Тимченко — не просто друг Владимира Путина, но и один из немногих его приятелей, кто более-менее занимался коммерцией и до 2000 года. Тогда он и его партнеры управляли Киришским нефтеперерабатывающим заводом и помогали экспортировать нефть и нефтепродукты «Сургутнефтегаза». После прихода к власти Владимира Путина принадлежащий Тимченко нефтетрейдер Gunvor стал крупнейшим игроком на этом рынке — по некоторым оценкам, через него проходило до 30% всего российского нефтяного экспорта. Кроме того, компания Тимченко «Стройтрансгаз» стала одним из крупнейших строительных подрядчиков «Газпрома». Буквально за месяц до того, как попасть в санкционный список США, Тимченко продал свою долю в Gunvor партнеру.

Свой благотворительный фонд «Ладога» Тимченко основал в 2010 году. Среди приоритетов фонда — активное долголетие и детский спорт, помощь приемным детям и «развитие регионов России средствами культуры». Один из знаковых проектов по направлению культуры — сохранение архитектурного комплекса Валаамского Спасо-Преображенского монастыря.

Свою карьеру основатель группы «Онэксим» Михаил Прохоров начинал как финансист, но прочную основу своего благосостояния заложил в 1996 году, когда их с Потаниным группа «Интеррос» купила «Норильский никель». В 2008 году Прохоров удачно продал свой пакет «Норникеля» группе RUSAL Олега Дерипаски, получив 14% в ее капитале и $7 млрд кэшем. Эти деньги позволили Прохорову гораздо легче, чем другим бизнесменам, пережить кризис 2008—2009 годов и даже купить некоторые другие интересные активы, например, 20% еще одного монополиста — производителя минеральных удобрений компании «Уралкалий». В 2012 году Прохоров баллотировался в президенты России и набрал 7,98% голосов. Именно ему принадлежит холдинг РБК, журналисты которого под руководством Елизаветы Осетинской и Романа Баданина описали деятельность фонда «Иннопрактика» дочери Владимира Путина Екатерины Тихоновой и обнаружили, что ее супруг Кирилл Шамалов — владелец крупного пакета в компании «Сибур». Именно Прохоров нанял на работу гендиректора РБК Николая Молибога, который весной 2016 года уволил главного редактора газеты РБК Максима Солюса. Вслед за Солюсом холдинг покинули Осетинская, Баданин и существенная часть команды.

Именно Потанина СМИ называли истинным автором идеи провести в Сочи зимнюю Олимпиаду 2014 года, которая никогда уже не будет вспоминаться отдельно от аннексии Крыма.

Фонд Михаила Прохорова был основан в 2004 году и сначала действовал только в Норильске, городе, который благодаря «Норильскому никелю» приносил бизнесмену больше всего денег. Другое название — «Благотворительный фонд культурных инициатив», он занимается проектами в сфере науки, образования, просвещения, а также искусства и культуры. Например, фонд учредил собственную литературную премию «НОС», выдает гранты на обучение талантливых студентов за рубежом, развивает школу культурной журналистики, спонсирует театральные фестивали и книжную ярмарку в Красноярске. Возглавляет исполнительную дирекцию фонда сестра Михаила Прохорова Ирина.

Владимир Потанин, Геннадий Тимченко и Михаил Прохоров — постоянные резиденты списка Forbes, миллиардеры и знаменитые люди. Конечно, количество денег, которые бизнесмены раздают на благотворительность, не совпадает с суммами, указанными в отчетности основанных ими благотворительных фондов. Да и оценка личного состояния того или иного бизнесмена — это сумма принадлежащих ему активов, а не заработанных за год наличных денег. И все же интересно посмотреть, как расходы благотворительных фондов соотносятся с оценками личных состояний их основателей.

Сколько тратят на благотворительность российские миллиардеры

Источники: отчетность фондов, оценка Forbes, курсы валют Банка России

Как видим, Фонд Михаила Прохорова до прошлого года регулярно расходовал $10—11 млн. Фонд Геннадия Тимченко планомерно увеличивает финансирование. Но никто из них не тратил на благотворительность сумму, хотя бы отчасти сопоставимую с миллиардной стоимостью их активов. Конечно, российская система распределения такой помощи еще и не способна администрировать на порядок большие суммы. За рубежом миллиардеры тратят на благотворительность гораздо больше и в абсолютном, и в относительном выражении.

Расходы Фонда Билла и Мелинды Гейтс

Источники: отчетность фонда, оценка Forbes

Доброта как источник

Стали ли полученные Годом Нисановым, Самвелом Карапетяном и Зиявудином Магомедовым почетные президентские грамоты гарантом успеха их бизнеса? Нет, Морской собор в Кронштадте не уберег Магомедова от вылета из числа крупнейших строительных подрядчиков «Транснефти» и не помог Нисанову удержать уже вроде бы выигранное право застроить недвижимостью территорию ВДНХ. Однако очень многие бизнесмены умеют извлекать из своих благотворительных программ вполне ощутимую пользу.

В 1994 году Галина Вишневская договорилась с Юрием Лужковым, чтобы ей выделили участок под школу оперного пения на Остоженке, рядом с Зачатьевским монастырем. Строительством занялась компания «Союз театральных деятелей» под руководством бизнесмена Виталия Шаффера. В результате к 2000 году на Остоженке вырос огромный жилой дом в псевдоклассическом стиле, квартиры в нем сейчас продаются за 200—350 млн рублей. Центр оперного пения Галины Вишневской скромно занимает один из флигелей. По такому принципу Союз театральных деятелей построил еще несколько массивных зданий, предназначенных для сдачи в аренду.

Владелец целлюлозно-бумажного комбината «Волга» и бывший замминистра имущественных отношений России Шалва Бреус собрал обширную коллекцию картин российских художников 1970-х годов и дальше. Свою коллекцию Бреус оценивал в $50 млн. Сейчас бизнесмен арендует площади в кинотеатре «Ударник» рядом с Кремлем (там проводится церемония вручения учрежденной Бреусом Премии Кандинского). В 2015 году правительство Москвы решило продать кинотеатр с торгов, и Бреус заявил, что намерен купить здание и устроить в нем музей современного искусства. Была объявлена начальная цена — 556 млн рублей (около $10 млн), однако город без объяснения причин отложил торги, и «Ударник» так и не перешел пока в частные руки. Но Бреус с высокой вероятностью все же получит «Ударник»: торги хотя и отложены, но не отменены.

Никто из них не тратил на благотворительность сумму, хотя бы отчасти сопоставимую со стоимостью их активов.

В начале 2000-х годов в Москве гремела слава компании «Росбилдинг» и ее основателя Сергея Гордеева. Энергичные молодые люди агрессивно скупали акции только что приватизированных предприятий столицы вроде завода игрушек «Кругозор», расставались с бывшим менеджментом, закрывали производственные цеха. Гордеев и его партнеры раньше всех поняли, как можно озолотиться на редевелопменте удачно расположенных промышленных предприятий. В 2005 году Гордеев ликвидировал компанию и бренд «Росбилдинг», создав новую «Хорус Кэпитал», но от славы рейдера избавиться не удалось. В 2007—2010 годах Гордеев был сенатором от Пермского края, а в 2010 году продал свой «Хорус Кэпитал» вместе с принадлежащей ему сданной в аренду недвижимостью финансовой корпорации «Открытие» за $800—900 млн.

Одним из крупнейших объектов был бизнес-центр «Фабрика Станиславского» — аккуратно восстановленная бывшая Золотоканительная фабрика семьи Алексеевых возле Таганки. Правнуком состоятельного основателя фабрики был Константин Алексеев, больше известный как Константин Сергеевич Станиславский. Чтобы рабочие на предприятии в свободное время не пили и не слонялись без дела, молодой Алексеев открыл в 1904 году на фабрике собственный театр. Среди первых сыграли пьесы Островского и Чехова.

В 2008 году Сергей Гордеев активно занимался реконструкцией предприятия и выделил бывшее здание театра Студии театрального искусства под руководством режиссера Сергея Женовача. Так бывший рейдер стал едва ли не единственным в стране владельцем частного театра. Сейчас в труппе 24 человека. По данным отчетности РСБУ, театр выручает 45—48 млн рублей, а для того, чтобы нормально работать, ему нужно около 80 млн рублей.

В 2011 году за проект реконструкции «Фабрики Станиславского» Сергей Гордеев получил премию Королевского института британских архитекторов. В конце 2015 года в интервью телеканалу «Москва-24» Гордеев говорил, что был бы не против перестать быть единственным кормильцем Студии театрального искусства, которую он содержит около 10 лет. В 2016 году Марк Захаров и несколько других именитых режиссеров обратились к министру культуры Владимиру Мединскому с просьбой принять на себя заботы о студии, так как у нее «проблемы с финансированием». Нужно же знать меру и в благотворительности.

Елена Буйских — независимый журналист

Понравился материал? Помоги сайту!

Подписывайтесь на наши обновления

Еженедельная рассылка COLTA.RU о самом интересном за 7 дней

Лента наших текущих обновлений в Яндекс.Дзен

RSS-поток новостей COLTA.RU

Скачать весь номер журнала «Разногласия» (№10) «Кто платит за культуру?»: Pdf, Mobi, Epub