Деревянные жесты, нескладывающиеся диалоги, не столько повороты сюжета, сколько обрывки и без того пунктиром проведенных линий, мучительные потуги персонажей превратиться в героев хоть чего бы то ни было — адюльтерного романа, кровавого гиньоля, производственной голливудской драмы. Ничего не складывается — эта мизантропическая, мучительная картина Пола Шредера насквозь пропитана напряжением, сковывающим буквально все в кадре, оцепенением, которое долго принимаешь за прелюдию к сексу. Участие порноактера Джеймса Дина и Линдси Лохан, вся жизнь которой — эмоциональное порно, заставляет ждать того момента, когда эти призрачные мученики экрана разденутся и пустятся в настоящую, нецензурированную оргию. Но стоит этой оргии вдруг действительно начаться в кадре, как обнаруживается, что катарсис не состоялся, а напряжение не спало. Не снимает его и вспышка насилия, традиционная для сценариста «Каньонов» Брета Истона Эллиса. Все дело в том, что это напряжение не пред-, а посткоитальное. Фильм Шредера начинается с планов заброшенных, закрытых лос-анджелесских кинотеатров — покинутых, словно любовники после секса, в буквальном смысле опустошенных. Его герои — та же выжженная земля, оживить которую не в состоянии ни сексуальные игры, ни даже убийства. Шредер показывает мир в условиях буквального конца истории и унылого торжества гедонизма: оргия закончилась, нас всех поимели — и, что еще хуже, бросили.
