29 апреля 2016
73590

Человеки и животные в коробках из-под кефира

Искусство людей с особенностями развития — и новые вопросы, которые оно ставит

текст: Ольга Мамаева

21 апреля в Санкт-Петербурге начался экспериментальный проект «Рисунки из воздуха»: кураторы, философы, художники из России и Европы на протяжении полутора лет будут исследовать архив Арт-студии — художественного объединения при психоневрологическом интернате № 3 в Старом Петергофе. В 2001 году Арт-студию основали психолог Юлия Пахомова и художник Ольга Конышева из благотворительной организации «Перспективы». Художники — резиденты интерната, люди особенные.

«Например, Алексей Сахнов делает свои работы из подручных материалов, скажем, коробки из-под кефира, которую разрезает на маленькие пластинки и превращает их в комнаты с идеальной геометрической композицией. В этих комнатах с окнами и мебелью иногда появляются люди и животные. Некоторые из работ Ильгара Наджафова выполнены карандашом и нефтью», — рассказывает координатор проекта «Рисунки из воздуха» Александр Иванов. И напоминают пейзажи его родины, Азербайджана, говорят Марианна Гуарино-Юэ и Оливье Девуань, они же группа microsillons, которых питерцы позвали поучаствовать в новом проекте.

Архив начали собирать в начале нулевых, и сейчас работ в нем уже больше трех тысяч: не только живопись и графика, но и фото, коллажи, объекты. Картины резидентов Арт-студии хранятся в собрании лондонского Музея всего, в 2014 году объединение участвовало в десятой «Манифесте», выставлялось в Музее Ахматовой (2005), в лофт-проекте «Этажи» (2008 и 2013 гг.), в музее-квартире «митьков» (2009), в гамбургской галерее Die Schlumper (2015). Но вопросов много. Проект «Рисунки из воздуха» — это, прежде всего, путешествие в неизведанное.

Настолько неизведанное, что ему нужно еще найти имя. Те, что уже придуманы, кураторов проектов Жоану Монбарон и Александра Иванова не слишком устраивают. Например, термин outsider art, «аутсайдерское искусство», который обычно используют в таких случаях, по их мнению, слишком безразмерный, им приходится пользоваться за неимением другого. Outsider art — это любое искусство, не вписанное в официальные культурные институции. Но если работы уличных художников — outsider art, не нужно ли придумать для искусства, созданного людьми с особенностями развития, более прицельный, точный термин?

Помочь в этом кураторы пригласили швейцарский коллектив художников и преподавателей microsillons, который работает в Женеве с 2005 года. Его создатели Марианна Гуарино-Юэ и Оливье Девуань в 2007—2010 годах инициировали программу арт-медиации в Центре современного искусства Женевы. Арт-медиация связывает искусство с жизнью, художников с социумом. Например, превращает культурные площадки в место для обсуждения общественно важных вопросов (в проекте Lieux communs microsillons уже работали с людьми, у которых есть инвалидность). «Мы оба учились на художников, но всегда трудились на стыке искусства и образования. Каждый наш проект рассчитан на долгосрочную перспективу — иногда до нескольких месяцев. Мы будем думать вместе с командой Арт-студии, психологами и художниками, записывать их рассказы, анализировать картины, просто общаться, но у нас нет точных ожиданий. Работа с “непредсказуемостью” — часть нашего метода», — рассказывает Девуань.

Если работы уличных художников — это outsider art, не нужно ли придумать для искусства, созданного людьми с особенностями развития, более прицельный термин?

Первый этап проекта — накопление материала. Второй — выработка методологии. Кураторы вместе с художниками изучают тексты, посвященные институциональной критике, антипсихиатрии и так называемой crip theory. Ключевой, важной в этом направлении стала работа Ив Кософски Седжвик «Трогательные чувства: аффект, педагогика и перформативность». Одна из глав у Седжвик посвящена известной американской художнице-аутсайдеру Джудит Скотт. Есть мнение, что ее работы нельзя назвать искусством, скульптурой в обычном понимании, поскольку Джудит, рожденная с синдромом Дауна, не могла полноценно общаться с миром. «Но Кософски стоит на том, что у Джудит другая, очень сложная знаковая система, которая лежит вне классических категорий языка и интерпретации. А значит, это мы не владеем языком Джудит и нуждаемся в новых формах его постижения», — говорит Иванов.

Но направление в работе над архивом Арт-студии задают не только теоретики, но и сами авторы. Кстати, название проекта — «Рисунки из воздуха» — придумал один из резидентов студии Константин Саламатин. «Мы каждый раз придумываем новые каналы коммуникации, через которые можем общаться с художниками. Например, мы недавно запустили такой мастер-класс: приходим с коллегами, и резиденты учат нас рисовать, рассказывают, как они выстраивают композицию, сочетают цвета», — рассказывает Иванов.

Итогом проекта должно стать появление каталога Арт-студии, виртуального и печатного. Когда весь материал будет собран, сами художники вместе с дизайнерами будут работать над версткой, принимать участие в выборе текстов. Но каким будет этот каталог, пока не знают даже кураторы. В течение последнего полугода они каждую неделю приезжают в Петергоф, общаются с художниками, ведут переговоры с исследователями из России, Украины, Швейцарии, Финляндии и Англии. Но уже есть, например, такой план: они хотят провести первую персональную выставку одного из художников Арт-студии в профессиональной галерее современного искусства — то есть преодолеть узкие институциональные рамки, в которые загнано сейчас аутсайдерское искусство.

Комментарии