7 июня 2017Colta Specials
1498170

Союз плаща, кадила и дышла

Павел Полян о репрессиях против «Свидетелей Иеговы»

текст: Павел Полян
Detailed_picture«Свидетели Иеговы» в суде, Москва, 2004© AP / East News
Депортации «Свидетелей Иеговы» в 1951 году

Много на свете бывает разных репрессий, но у российских и советских диктаторов депортации — из самых любимых игрушек. Но не всякая репрессия и перемещение человека в пространстве — депортация. Депортация — это то, что делается не лично, а поконтингентно. Человека или, точнее, группу лиц (контингент) подвергают насильственному переселению, но не в силу их личных особенностей (например, преступлений против власти), а в силу принадлежности к тому или иному контингенту. Вариации степени насильственности или жесткости режима при исполнении этих решений, как и расстояния между областями выселения и вселения, могут весьма ощутимо варьировать, но суть депортации от этого не меняется: насильственное перемещение в пространстве контингента людей, оформленное административным установлением госорганов.

Вся российско-советская история полна депортациями этническими или социальными. Но одной из разновидностей «контингентов» были и верующие. И хотя депортаций за веру, может быть, и не так много, но в классификации депортаций конфессиональное основание занимает первостепенное значение.

1 апреля 1951 года депортировали около девяти тысяч «Свидетелей Иеговы» — из послевоенного западного, аннексированного, фронтира СССР в Томскую и Иркутскую области. Особенностью этой операции было то, что в обсуждении и постановке задач впервые участвовало такое «силовое ведомство», как Управление уполномоченного по делам религий и культов при Совете министров СССР.

«Общество свидетелей Иеговы» [1] (сокращенно «Свидетели Иеговы» или, еще более сокращенно, «Свидетели») [2] — это отколовшаяся от «Адвентистов седьмого дня» протестантская секта, основанная в 1878 году Ч. Расселом в Питтсбурге (США); ее всемирный центр находится в Нью-Йорке, в Бруклине. Отвергая Троицу, «Свидетели Иеговы» признают только Иегову в качестве единого Господа, а Иисуса Христа — как его сына. Земной же мир в их глазах — царство Сатаны, отчего конец света есть благо, и никто не переживет Армагеддон, кроме них самих. Поэтому и они терпеливо ждут конца света, как, впрочем, и второго пришествия Христа и наступления на земле тысячелетнего Царства Божия.

Из этой доктрины вытекает их антигосударственность: отказ служить в армии, салютовать флагу, участвовать в выборах и занимать выборные должности, вступать в светские организации (партии, комсомол) и т.п. Это раздражало тоталитарные режимы, отчего «Свидетели» жестоко преследовались в нацистской Германии и во франкистской Испании. В сталинском СССР они квалифицировались не столько как религиозная, сколько как «антисоветская» организация, к тому же превосходно отлаженная, частично законспирированная и с центром в США. Кроме того, «Свидетели Иеговы» — отличные миссионеры, что было не по нраву уже не только атеистическим светским властям, но и православию; последнее хоть и само страдало при советской власти, но тем не менее претендовало на конфессиональное доминирование в «своей» стране.

Они широко распространились по всему миру, их общины зарегистрированы сегодня почти в 120 странах (минус Россия) и насчитывают многие миллионы активных приверженцев, их журнал держит Гиннессов рекорд по тиражу и выходит почти на 300 языках.

На территорию Российской империи «Свидетели» впервые проникли в 1913 году, когда были легализованы в Финляндии, а на территорию СССР — в западные области Украины и Белоруссии — в 1920-х гг. При аннексии в 1939—1940 гг. стран Балтии и части территории Польши и Румынии гражданами СССР стали первые тысячи «Свидетелей Иеговы». В результате аннексированным территориям, в особенности Молдавии, суждено было стать своего рода плацдармом для дальнейшего продвижения «Свидетелей Иеговы» по СССР. Перед ними стелились бескрайние, но ранее наглухо закрытые целинные горизонты одной шестой части земной суши, и они сразу же приступили к миссионерству в этом новом для себя пространстве. Со временем они распространились сначала по всей Украине, а потом и по всему СССР, воспользовавшись при этом любезной господдержкой в виде предписанной им депортации.

Никаких симпатий к себе со стороны властей на своей новой родине они не встретили. С самого начала их взяли в жесточайший и многоуровневый зажим, причем им «шили» не только идеологию и политику, несовместимые с советскими, но и передачу по своим каналам на Запад сведений о советских воинских частях, аэродромах и т.д., то есть шпионаж.

При депортации можно было забрать с собой 1,5 тонны имущества на семью, все остальное — и это novum в истории депортаций — подлежало безоговорочной конфискации. И никаких тебе обещаний компенсации или расписок, как в старые времена депортаций наказанных народов! Грабеж перестал быть застенчивым — стал откровенным и наглым. Наконец-то богатая идея «раскулачивания» отказалась от глупого тезиса об устранении социального расслоения и распространилась на всех, включая и бедняков!

Снятие с режима спецпоселения: смягчение репрессии, а не реабилитация

В хрущевское время по сравнению со сталинским помягчели и высылки: это уже не были депортации, ибо их правовой базой оставался разве что указ «О борьбе с тунеядством», предусматривающий индивидуальные наказания [3]. Индивидуальные же судебные преследования активистов непокорных конфессий продолжались на протяжении всего советского периода.

Наряду с тремя другими конфессиями — «товарищами по несчастью» быть депортированными («истинно-православные христиане», «иннокентьевцы» и «адвентисты-реформисты») — «Свидетели Иеговы» были едва ли не последними, с кого был снят режим спецпоселения. Соответствующий указ был издан только 30 сентября 1965 года, то есть уже при Брежневе! Иными словами, они отсидели в этом режиме 25 лет — не только «кусочек позднего Сталина», но и «всего Хрущева»! А ведь это, как тонко заметил А.Ю. Даниэль, «абсолютно сталинские реалии в середине 60-х годов»!

Текст этого указа ПВС № 4020-VI за подписями председателя и секретаря Президиума Верховного Совета СССР А. Микояна и М. Георгадзе гласил: «Снять ограничения по спецпоселению и освободить из-под административного надзора органов охраны общественного порядка участников сект “свидетели иеговы”, “истинно-православные христиане”, “иннокентьевцы”, “адвентисты-реформисты” и членов их семей, направленных на спецпоселение в соответствии с УПВС от 11 марта 1952 года и по специальным постановлениям Совета Министров СССР. // Установить, что снятие ограничений по спецпоселению с указанных лиц не влечет за собой возврата им имущества, конфискованного при выселении. Возвращение к прежним местам жительства лиц, освобождаемых со спецпоселения на основании статьи первой настоящего Указа, может допускаться только с разрешения исполнительных комитетов областных (краевых) Советов депутатов трудящихся или Советов Министров республик (без областного деления), на территории которых они ранее проживали» [4].

У репрессированных конфессий, конечно, не было не только своей территориальности, но и своей административности, утраченной во время репрессии, но родина-то у людей была, и реабилитировать контингент без заявительного права на возвращение означало отнюдь не прекращение, а всего лишь смягчение репрессии.

А. Даниэль обратил внимание на то, что большинство осужденных по статье 70 УК (аналог 58.10, «антисоветская агитация») за религиозную активность — именно «Свидетели Иеговы». И что почти у всех у них кроме статьи 70-й присутствует и статья 72-я (бывшая 58.11, «антисоветская организация»). И хотя он явно имеет в виду не депортированных, а осужденных, но вывод его справедлив и для депортированных: «…Советская карательная политика рассматривала религиозную общину “Свидетелей Иеговы” как антисоветскую организацию. Не как религиозную общину, а как антисоветскую» [5]. И, стало быть, карала за это, а не за веру.

Но была у «Свидетелей Иеговы» еще одна — и немаловажная — особенность помимо их стойкости к гонениям и миссионерской активности. Это их автономность. Даниэль назвал их единственной репрессированной конфессией, которая не искала прямых контактов с диссидентским движением. Если «баптисты-инициативники», например, нуждались в таких контактах для того, чтобы об их событиях и проблемах становилось известно в мире, то «Свидетели Иеговы», которые «в лагерях получали свежие номера “Сторожевой башни” [6], еще пахнущие типографской краской, <…> в таких контактах просто не нуждались. У них свои контакты получше диссидентских были с западным миром».

«Свидетели Иеговы» в постсоветское время

Впервые в постсоветской России община «Свидетелей Иеговы» официально была зарегистрирована в Минюсте (sic!) лишь в 1991 году — словно в ознаменование 40-летия своей депортации. В начале 1990-х гг. многие «свидетели» — жертвы ГУЛАГа и депортаций — были признаны жертвами политических репрессий, получили соответствующие удостоверения.

Но и в постсоветское время ждали их новые и новейшие испытания и гонения. В частности — в июне 1996 года — первый иск Моспрокуратуры. Состава уголовного преступления сколько тогда ни искали, так и не нашли.

Поворотным пунктом — как, впрочем, и миной замедленного действия — стал закон «О свободе совести и религиозных объединениях» № 125-ФЗ от 26 сентября 1997 года с его порочной установкой на разносортицу свободы совести: одна — для так называемых коренных конфессий (православные, мусульмане, иудеи и буддисты), а другая — для всех остальных. Острие закона было направлено против католиков и протестантов, но било по всем — и по конфессиональным меньшинствам, и в конечном счете по «большинствам», то есть по «коренным» конфессиям, тоже.

Хорошо сказал об этом законе в 2001 году верующий правозащитник В.В. Борщёв: «…Я был против этого закона. <…> …ведь многие положения этого закона, который, как полагали многие авторы, должен был как-то ограничить деятельность протестантских конфессий, он ударит по всем верующим, абсолютно по всем. <…> Да, пока эти нормы, которые могут ударить абсолютно по всем верующим, действовали, в частности, на “Свидетелей Иеговы”. <…> Я хочу пожелать деликатности в проповеди в такой сложной стране, как Россия, я хочу пожелать чиновникам терпимости и соблюдения законов…» [7]

И вот 29 сентября 1998 года в Головинском межмуниципальном суде Москвы начался второй процесс «Моспрокуратура против “Свидетелей Иеговы”» (дело № 2-452/99), на этот раз не уголовный, а гражданский — с обвинениями в злостном попрании закона 1997 года. Моспрокуратуру представляла Татьяна Ивановна Кондратьева, помощник прокурора Северного административного округа Москвы, — эдакая начинающая Торквемада в юбке, вооруженная энциклопедией и законом 1997 года. В светском, насколько известно из российской конституции, государстве, представляя прокуратуру, а не Синод, она до того искренне дивилась «Свидетелям» — сим чадам неразумным, вздумавшим отрицать богословский постулат Святой Троицы, а заодно не почитающим государственные символы и отказывающимся брать в руки оружие!

В феврале 1999 года судья — Елена Ивановна Прохорычева, честно разбираясь и прекрасно во всем разобравшись, тем не менее не приняла никакого своего решения, а материалы дела отправила на экспертизу. Четверо из пяти экспертов — филолог С.А. Небольсин, этнограф М.М. Громыко, лингвист В.П. Белянин и психолог Д.А. Леонтьев — высказались за запрет и только один — религиовед С.И. Иваненко — против. Тем мужественнее решение судьи, 23 февраля 2001 года постановившей: в удовлетворении представления прокурора Северного административного округа города Москвы о ликвидации религиозной общины «Свидетели Иеговы» города Москвы и запрете ее деятельности отказать. Прохорычева, как оценил ее А. Нежный, «своим решением спасла честь России» [8].

На короткое время даже показалось, что страсти вокруг «Свидетелей» улеглись и достигнут некий консенсус. Добрым знаком казался — да и был! — круглый стол «Операция “Север”. 50-летие высылки верующих в Сибирь», организованный обществом «Мемориал», Комиссией по реабилитации жертв политических репрессий при Президенте РФ и Московской Хельсинкской группой и прошедший 5 апреля 2001 года в Москве, в Доме журналиста. В нем приняли участие и государственные чиновники — руководитель Отдела по взаимодействию с религиозными организациями аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ М.И. Одинцов, заместитель начальника Отдела регистрации религиозных организаций Министерства юстиции РФ А.Г. Залужный, председатель Постоянной палаты по правам человека Политического консультативного совета при Президенте РФ В.В. Борщёв и, разумеется, А.Н. Яковлев, председатель Комиссии по реабилитации. Был продемонстрирован первый документальный фильм о «Свидетелях Иеговы» и об их депортации. Яковлев после фильма сказал, что гонения на них — это «…преследование свободы, преследование людей, которые сделали свой выбор. Никого не касается, не должно касаться, а тем более государства, какой выбор сделал тот или иной человек в своем религиозном веровании» [9].

Тогда, к началу XXI века, общее число членов низовых ячеек «Свидетелей Иеговы» на территории России составляло 364, а общее число членов на территории б. СССР росло и уверенно приближалось к 200 000 чел. В подтексте некоторых выступлений звучало, что «Свидетели» испытывают трудности с регистрацией своих общин, да, но, и испытывая их, они их преодолевают!

Но в феврале 2002 года спасенная Прохорычевой честь России снова оказалась под угрозой. Мосгорсуд отменил ее решение, и эстафету борьбы со «Свидетелями Иеговы» переняло именно Министерство юстиции РФ.

Партнером Минюста стал Роскомнадзор. Его приказами от 26 апреля и 10 мая 2010 года экстремистским изданием признана «Сторожевая башня». И, хотя 6 октября 2011 года Московский арбитражный суд отменил это решение, 26 января 2012 года Федеральный арбитражный суд подтвердил правомерность приказов.

Процесс над «Свидетелями Иеговы» 2017 года

Массированная кампания против «Свидетелей Иеговы» возобновилась в 2009 году, и начала ее Генпрокуратура, выражая тем самым опасения силовиков относительно уровня закрытости, управляемости из-за рубежа и степени лояльности «Свидетелей». С силовиками полностью солидарна и Русская православная церковь, явно проигрывавшая «Свидетелям» в борьбе за умы и за кошельки верующих.

В 2009 году 19 материалов «Свидетелей Иеговы» уже входили в список запрещенной в России экстремистской литературы, но тогда к ним были добавлены еще 68 материалов! Позднее Пленум того же Верховного суда разъяснил, что критика религиозных убеждений не есть действие, направленное на разжигание вражды, но списки уже никто не пересматривал, хотя и по ходу суда 2017 года не раз всплывала необоснованность отнесения той или иной книжной продукции «Свидетелей» к экстремистской [10].

Это явилось предпосылкой для того, чтобы появился спрос на шулерскую компрометацию «Свидетелей Иеговы» как экстремистской организации — путем подброса запрещенных изданий и их обнаружения в богослужебных помещениях [11]. «Находили» их правоохранительные органы, а подбрасывали или они сами, или их православные помощники — антисектантские активисты: эдакие патриарховы хунвейбины и достойные наследники воинствующих безбожников. Помимо моральной оценки таких поступков имеется и юридическая: Минюст (подумать только — Минюст!), не слишком и маскируясь, прибегает к уголовно наказуемым (ст. 303 УК РФ) фабрикациям! [12]

В октябре 2016 года Тверской суд Москвы вынес УЦСИР предупреждение за экстремистскую деятельность. А с 8 по 27 февраля 2017 года этот центр был подвергнут Минюстом новой проверке, зафиксировавшей, по мнению проверяющей инстанции, нарушения «уставных целей и задач», а также противоречия закону «О противодействии экстремистской деятельности». Последнее выразилось в том, что в помещениях «Свидетелей Иеговы» была обнаружена «экстремистская» литература (напомним: благополучно и злонамеренно им в эти помещения подброшенная).

В качестве центрального признака «экстремизма» конфессии в исковом заявлении Минюста фигурирует и канонический запрет «Свидетелей» на переливание крови, что якобы создает угрозу человеческой жизни и нарушает право на получение медицинской помощи! Но как же это может быть, коль скоро переливание крови, добавим от себя, конституционной обязанностью гражданина РФ не является.

Тем не менее именно на этом основании Минюст 23 марта признал эту религиозную организацию экстремистской, приостановил ее деятельность в России и направил в Верховный суд иск о признании УЦСИР экстремистской организацией, о запрете ее деятельности и закрытии вместе со всеми 395 ее местными религиозными организациями (МРО) [13], а также о конфискации ее имущества.

Уже решение Минюста о приостановке деятельности, сопровождавшееся закрытием банковских счетов, фактически парализовало всю рутинную деятельность «Свидетелей». Оно было тотчас же оспорено их адвокатами, но 24 апреля, когда Замоскворецкий суд Москвы рассмотрел этот иск, судья Рубцова отклонила их ходатайство. После чего Минюст глумливо прокомментировал: «Целью распоряжения было ограничение деятельности, связанной с проведением собраний, шествий и иных мероприятий, которые могут иметь экстремистскую направленность, а также ограничение денежных операций за исключением тех, которые необходимы для оплаты хозяйственной деятельности». Представитель Минюста также подчеркнул, что к «конкретным решениям кредитных учреждений ведомство отношения не имеет».

Адвокаты «Свидетелей Иеговы» опротестовали и иск Минюста, подав встречный — с требованием признать действия Минюста незаконными политическими репрессиями, однако не преуспели: судья им в этом отказал. Так что в итоге единственным правовым полем конфликта и состязания сторон оставался иск Минюста к «Свидетелям».

Тут существенно, что 395 МРО связаны с УЦСИР канонически, но не административно, так что закрытие УЦСИР не должно повлечь за собой автоматическое закрытие ни одной из МРО. Восемь МРО (они не входят в названные 395) между тем уже были закрыты в результате отдельных процессов против них [14]. Просто удивительно, что Минюст не попробовал навесить «Свидетелям» и их организациям ярлычок «иностранного агента»: это может говорить лишь об отсутствии в документации даже намеков на финансирование из Бруклина.

Требование же Минюста о конфискации имущества «Свидетелей Иеговы» является прямой перекличкой с конфискацией их имущества в 1951 году: как тут не вспомнить инструкции МГБ по «раскулачиванию» «Свидетелей»? [15]

Председатель руководящего комитета УЦСИР В.М. Калин заявил, что не было в мире ни разу, чтобы деятельность «Свидетелей» была направлена на поддержку чего-либо противоправного, не говоря уже об экстремизме и терроризме. Они никогда даже не приближались к политике, а теперь возникла угроза того, что «десятки тысяч людей могут попасть под Уголовный кодекс лишь за то, что они верят и читают Библию».

Общее количество граждан РФ, которых напрямую затрагивает этот иск, — около 175 000 человек. Как сказал адвокат «Свидетелей» Женков, после тотальной «ликвидации» столь большой конфессии Россия взяла себе на душу столько же узников совести и соответствующую репутацию.

На суде Минюст от души поупражнялся в инквизиторской казуистике. Светлана Борисова, его представитель, к признакам экстремизма отнесла написание самого слова «экстремистская» в кавычках, ввоз на протяжении 25 лет в РФ литературы, впоследствии признанной «экстремистской», и даже заявления «Свидетелей» о подбросах им литературы, что якобы является свидетельством того, что верующие и не думают раскаиваться в своей «экстремистской деятельности». Если деятельность «Свидетелей Иеговы» не будет прекращена, то нельзя быть уверенными в том, что они перестанут распространять экстремистские материалы. И уже в самом названии «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России» она усматривала его руководящую роль в отношении МРО.

На вопрос судьи, можно ли будет в случае запрета собираться и молиться вместе, она глумливо ответила: «Мы же не заявляем о запрете местных религиозных групп, поэтому личное право на свободу совести не будет нарушено». Но это же подстава и провокация! Ведь в ответ на вопрос судьи, не возникнет ли в отношении «Свидетелей» угроза их уголовного преследования, она потупила взор и скромно признала, что угроза такая есть: органы тогда смогут возбуждать уже уголовные дела по пресловутой статье 282.2 УК РФ (организация деятельности экстремистской организации), предусматривающей штрафы от 300 до 800 тысяч рублей и лишение свободы на срок от 2 до 12 лет.

Представители «Свидетелей» постоянно указывали Верховному суду на то, на что тот сам не раз уже указывал: экстремизмом могут быть признаны только активные действия, направленные на насильственное изменение основ конституционного строя, но никак не факты, которые перечисляет Минюст. Но все тщетно!

К рассмотрению иска Минюста о полном запрете деятельности «Свидетелей Иеговы» в России Верховный суд России приступил 5 апреля. На 19 и 20 апреля пришлись заключительные заседания. К материалам дела тогда впервые были приобщены: защитой — документальные свидетельства подброса в богослужебные здания «Свидетелей» «экстремистской литературы» и попыток неправомерного прекращения деятельности их общин органами (правда, просматривать их суд отказался — и что же в них в таком случае проку?), а истцом — решения УЦСИР о назначении членов руководящих органов МРО и обновленная выписка из госреестра с уточненным перечнем имущества религиозных организаций СИ в России (подлежащего, по замыслу министерства, конфискации).

20 апреля суд продолжился, начавшись с символического жеста — отклонения судьей Иваненко ходатайства «Свидетелей» о приобщении к делу заявления Европейского союза по вопросу об их деноминации [16]. Мол, подотритесь!

И вот — конец заседания, приговор. Верховный суд РФ ничтоже сумняшеся признал религиозную организацию «Свидетели Иеговы» экстремистской и запретил ее деятельность на территории России. Отныне россияне могут спать спокойно: они надежно защищены от экстремистских угроз их правам, общественному порядку и общественной безопасности их страны.

Отдельная грусть — реакция религиозной общественности: так, один представитель одной явно второстепенной, хоть и коренной, конфессии высказался в том духе, что «Свидетели» теперь, конечно же, уйдут в подполье, но дыма без огня не бывает и его хата с краю. Нет, не с краю, ребе, не льстите себе: отмашечка или звоночек — и для такого союза суда и Минюста найти экстремизм или сам терроризм хоть в «Кратком курсе», хоть у Лао-цзы, хоть в Торе труда не составит.

Между тем заместитель председателя УЦСИР С. Черепанов заявил, что решение Верховного суда будет обжаловано и что готовится жалоба в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Конечно, конфликтные ситуации со «Свидетелями» возникали и раньше, в том числе и в западных странах, например, в Аргентине, где на тропу войны с ними вышли католики. Но в последнее время флаг этой борьбы в конфессиональном спектре прочно захватило православие.

Так, власти Греции преследовали гражданина Греции Миноса Коккинакиса, еще в 1936 году примкнувшего к «Свидетелям Иеговы» и после этого более 60 раз (sic!) подвергавшегося различным преследованиям за прозелитизм, в том числе и реальным ссылкам в 1960-е гг. на острова Эгейского моря — греческий вариант Сибири. Последний раз — в 1986 году, когда Коккинакис с женой разговаривали с соседкой о своих религиозных убеждениях, о чем в полицию донес муж этой соседки. Уголовный суд г. Ласити приговорил чету миссионеров к штрафу в 10 000 драхм «за попытку прозелитизма», что было опротестовано в 1992—1993 гг. в Европейском суде по правам человека в Страсбурге (иск «Коккинакис против Греции» [17]).

Суд установил за «Свидетелями Иеговы» статус «известной религии». То есть такой, которой, согласно Конвенции по защите прав человека и основных свобод, должны быть предоставлены все льготы, предоставляемые другим «известным религиям», в том числе и право на защиту свободы вероисповедания. Суд пришел к выводу, что преследование и осуждение Коккинакиса «противоречили духу терпимости и свободомыслия, который должен существовать в современном демократическом обществе».

Исход обжалования предсказуем, а вот решением ЕСПЧ подтереться уже нельзя. Его надо будет проглотить и выполнить. Так что к позору, который Минюст уже навлек на вновь несвободную Россию, следует добавить и тупую бессмыслицу всей этой миссии.

Но ломать — не строить! И нет союзу плаща, кадила и дышла без таких вот «побед», как нынче в Верховном суде, ни радости, ни копеечки.


[1] До 1931 г. — «Международное общество исследователей Библии».

[2] Чекисты же сокращали их на свой лад — не то безграмотно, не то лукаво: «иеговисты», внося тем самым намеренную путаницу. Дело в том, что существовала другая секта с таким названием — «иеговисты», или «иеговисты-ильинцы». Она возникла в 1846 году на Урале, имела совершенно иные генезис и догматику (сочетание элементов православия и иудаизма: в центре — борьба между Иеговой-Христом и непокорным сыном Иеговы Люцифером), а ныне все еще распространена на Украине, Северном Кавказе и в Казахстане. И совершенно не исключено, что репрессиям против «Свидетелей Иеговы» — по принципу «лучше перебдеть» — подверглись и они.

[3] Его применяли и при Брежневе, например, по отношению к И. Бродскому.

[4] ГАРФ. Ф. 6991. Оп. 4. Д.119. Л. 15.

[5] Из выступления на круглом столе «Операция “Север”. 50-летие высылки верующих в Сибирь» (Москва, 5 апреля 2001 г.). Здесь и далее — по официальной стенограмме (в архиве автора), по которой ниже даются цитаты и из выступлений других участников.

[6] Периодическое (раз в два месяца) издание «Свидетелей Иеговы». Выходит в двух версиях — универсальной и специальной (только для членов «Свидетелей Иеговы») — более чем на 300 языках суммарным тиражом более 60 млн экземпляров (мировой рекорд, занесен в Книгу рекордов Гиннесса). В России признано экстремистским изданием и не распространяется.

[7] Из выступления на круглом столе «Операция “Север”. 50-летие высылки верующих в Сибирь» (Москва, 5 апреля 2001 г.).

[8] Нежный А. Суд и вера. // Московские новости. 1999. 15—21 июня.

[9] Из выступления на круглом столе «Операция “Север”. 50-летие высылки верующих в Сибирь» (Москва, 5 апреля 2001 г.).

[10] Так, при исследовании «Основ вероучения и соответствующей ему практики Свидетелей Иеговы» было обращено особое внимания на положения о любви к ближнему и толерантности, а также об обязанности «СИ» «давать своим детям хорошее образование». Выяснилась курьезная деталь: оказывается, брошюра «Свидетели Иеговы. Кто они? Во что они верят?» была признана экстремистской за упоминание о том, что «Свидетели»… не берут в руки оружия!

[11] Таких случаев задокументировано уже свыше 60, некоторые записаны на видео и выложены на YouTube.

[12] Чивчалов А. Все тайное станет явным. В сети здесь.

[13] Все эти 395 местных организаций просили сделать их соответчиками по иску Минюста, но и в этом им было отказано.

[14] В Воронеже, Биробиджане и др. городах. Все они были запрещены по одной схеме — после того как в их помещения подбрасывали «экстремистскую» литературу, доказательства чего имеются. Таких случаев более 60, но они не учитывались судами.

[15] Адвокат «Свидетелей» Женков напомнил, что такая мера, как полная конфискация всех церковных зданий целой конфессии, была принята единственный раз за всю историю России — по отношению к православным в 1918 г.

[16] В заявлении говорится, что «Свидетели Иеговы», как и все остальные религиозные организации, должны иметь возможность мирно наслаждаться свободой собраний, как это гарантируют Конституция РФ, а также международные обязательства РФ и мировые стандарты прав человека.

[17] См. здесь.

Комментарии

Новое в разделе «Colta Specials»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

ЮНИСЕФ и «кровавое золото»Общество
ЮНИСЕФ и «кровавое золото» 

Какое отношение имеют друг к другу пожилой представитель одной из самых почтенных бизнес-семей в Германии, охотница за военными преступниками и повстанцы в Конго?

24 ноября 2017580
Кино
Андреа Вайс: «Подавляющее большинство испанцев не готово обсуждать репрессии Франко. Никто не хочет бередить рану»Андреа Вайс: «Подавляющее большинство испанцев не готово обсуждать репрессии Франко. Никто не хочет бередить рану» 

Режиссер «Костей раздора», дока о гибели Лорки, — об испанском «пакте о молчании», ЛГБТ-подполье при Франко и превращении национального поэта в квир-икону

22 ноября 201717990