24 марта 2014Общество
590460

Путин: респект и уважуха

Станислав Белковский предлагает свою интерпретацию логики Путина по отношению к Крыму. И эта логика — пацанская

текст: Станислав Белковский
Detailed_picture© Дмитрий Азаров/Коммерсантъ

Как говорил Иешуа Га-Ноцри в «Мастере и Маргарите», «все дело в том, что он неправильно записывает за мной». К чему это я? К тому, что трактовки конкретных слов очень и очень важны. Не менее важны, чем сами слова. А слово — сакрально. «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (с).

В предыдущей статье «Покаяние диссидента Белковского» я сказал, что надо помолчать. Я и помалкиваю. Но помалкивать и помалкивать — две большие разницы, как говорят в дружественной Одессе. 100500 друзей попросили меня написать и опубликовать этот текст. И я это делаю, потому что для меня друзья дороже даже молчания. Хотя, как известно, молчание — золото.

Сегодня ситуация выглядит так, что мир стоит на грани больших перемен. А это осознание вызывает дискомфорт. Ведь одно дело — хотеть перемен и призывать к ним, как многие из нас привыкли. Совсем другое — столкнуться с переменами на практике. Грубо говоря, желать революции — это одно. Стать ее жертвой — совсем другое. Многие мои товарищи-интеллигенты неистово ждали конца тоталитарной советской власти, чтобы, к неудовольствию своему, убедиться, что демократическая постсоветская власть перестала их кормить.

Однако трагедия, как мы знаем, в истории по второму разу оборачивается фарсом. (И еще два раза для тупых, как говорил известный сатирик.) Так что разрядка международной напряженности может наступить быстрее, чем мы думаем. Вместо Великой войны может наступить Великий мир.

Один известный журналист, мой неплохой знакомый, намедни сказал, что я круто ошибся насчет имперских амбиций Владимира Путина. Что никогда нынешний президент России не был миролюбивым западником, а всю жизнь мечтал восстановить Великую Империю. И вот наконец…

Я нередко ошибался в жизни, но в данном случае, как ни странно, несколько ошибается и мой визави.

Давайте поставим вопрос так: а чего это Путин столько лет не принимал решительных мер по восстановлению Империи, а тут вдруг начал принимать?

Человек в основе своей по ходу жизни меняется плохо — ведь он, как это ни банально звучит, родом из детства. Есть такая известная восточная мудрость: отдайте нам ребенка с нуля до шести лет, а потом уже делайте с ним все что угодно. Физическое лицо, как правило, реализует сценарии, заложенные в него в дошкольном возрасте, и избавиться от этих сценариев можно только при помощи очень сильного психотерапевта.

Разрядка международной напряженности может наступить быстрее, чем мы думаем. Вместо Великой войны может наступить Великий мир.

Но целеполагание человека может в процессе жизни неоднократно меняться, и меняться радикально. Особенно если человек хорошо обучаем. А Путин всегда был хорошо обучаем, кто бы что ни говорил. Он человек не закосневший, а постоянно пребывающий в динамике. По сей день, хотя он уже не очень молод. Куда катится эта динамика — другой вопрос.

Особо радикально целеполагание может измениться, если человек давно находится у власти.

И если он в какой-то момент начинает понимать истинные возможности неограниченной власти.

Я по-прежнему полагаю, что в 2000 году Путин пришел к власти как гарант элитной конвенции ельцинского периода. Которая предполагала, что большие деньги зарабатываются в России, а легализуются на Западе. Россия — источник, Запад — конечный пункт пребывания. Условно, нефть мы качаем из РФ, а дети наши за деньги от проданной нефти учатся на Западе. (Хочу сразу оговориться, что автор этих строк к элите не относится, и потому его описанная схема не касается.) Так и было — и даже остается до самого последнего времени, не так ли? При все том же самовластном президенте Владимире Путине.

И он следовал этой конвенции. Почему следовал? Потому что он вообще весьма болезненно относится к такой теме, как «выполнение обязательств». И своих, и не своих. Все должно быть по понятиям и по-пацански.

И он выполнял свои обязательства перед Западом неукоснительно. Например. Обещал утопить космическую станцию «Мир» — утопил. Обещал вывести военную базу из Грузии — вывел. Обещал не пытаться пересмотреть границы СНГ — не пересматривал.

После терактов 11 сентября 2001 года первым принес соболезнования американцам — мы помним?

А что не исключал вступления России в НАТО — в начале своего правления — помним?

А ничего, что именно по инициативе Путина был досрочно возвращен внешний долг России?

Хотя тогдашнее правительство им. Михаила Касьянова было против. Действительно, ведь в нынешнем мире долги принято не отдавать, а бесконечно реструктурировать. Все уже привыкли. Ибо Федеральная резервная система новых денег, если что, всегда подпечатает.

Иными словами, Путин всегда вел себя порядочно. «Порядочность» — ключевое для него понятие. К сожалению, оно не политическое, а общечеловеческое. В политике принято кидать, такая уж это шизофреническая сфера. Мне уже приходилось писать в статье на смерть моего друга Бориса Березовского, что классическому шизофренику свойственно кидать, что называется, на автомате, он искренне не считает это предосудительным. Путин думает и действует несколько по-другому.

Путин всегда был не против Запада, а против собственно беспредела.

Автор этих строк, который типо сильно ошибся, много лет подряд писал: Путин не хочет враждовать с Западом, он просто хочет, чтобы его — и Россию, вверенную его попечению Борисом Ельциным, — уважали. И если будут уважать — тогда мы сделаем все, чтобы сохранить старую элитную конвенцию. Заключенную в 1990-е годы. Другое дело, что в наше время не очень принято читать. И эти мои тезисы остались неувиденными.

Путин всегда был не против Запада, а против собственно беспредела. В любых формах и сферах жизни. Запад же, в понимании российского президента, считал себя выше всех и всяческих правил, формальных и неформальных. Хотим поменять власть в Афганистане / Ираке — поменяем. Безо всякой санкции Совбеза ООН. Т.е. в нарушение правил, которые мы сами призываем соблюдать. Хотим отделить Косово от Сербии — отделим. (А то, понимаешь, Крым отделять нельзя, а Косово почему-то можно.) И так далее везде.

Путин же просил не нарушать статус-кво в Абхазии и Южной Осетии! Просто хотел оставить все как есть. Ибо консерватор, которым ВВП является по психотипу, всегда предпочитает существующее несуществующему. И сам-то он долгие годы не признавал обе республики независимыми! Но когда статус-кво решил нарушить Михаил Саакашвили, здесь уже стерпеть было нельзя.

Однако же и в той истории ВВП действовал очень осторожно. Могли ли наши военные войти в Тбилиси и арестовать Саакашвили? Могли. Но не сделали же. Опять великодушный жест. По смыслу: мы имели возможность нарушить правила игры, но не воспользовались ею.

Впрочем, надо не столько читать несчастного Белковского, сколько слушать самого великого Путина. И если делать это внимательно, с чувством, толком и расстановкой, то можно понять очень многое.

Вот, к примеру, пресловутая Мюнхенская речь (2007). Там же ясно было сказано: мы идем к вам с большими деньгами, так чего ж вы нас после этого ни в грош не ставите? Нельзя ли пересмотреть такую легкомысленную позицию?

Нет, нельзя, говорил Запад. Вы — бензоколонка, и стойте смирно, не рыпайтесь. А если что…

Вот это «если что» сегодня и наступило.

Путин хотел быть хорошим западником и долгие годы был им. Беда в том, что Запад не оценил его. В понимании Путина, последовательно кидал.

У всякого взрыва должен быть детонатор. В данном случае детонаторов, весьма вероятно, было два.

Первый — история с Эдвардом Сноуденом. Видимо, по линии Сноудена Путин узнал для себя немало интересного. То есть он знал, что США творят беспредел, но даже он не думал, что настолько!

Второй — международная договоренность о выборах президента Украины, назначенных на декабрь 2014 года. Которая была сорвана сразу же после того, как принята. Ну не беспредел?

Как это ни печально, но Украина — это не столько цель усилий Путина, как сейчас думают почти все, сколько лишь предмет для диалога с США и Европой. Я вас любил — чего же боле, а вы меня (и Россию в моем лице) не уважали. Ну вот тогда я вам покажу, на что я способен на самом деле.

Давайте вынем из памяти последовательность действий украинской драмы.

Итак, шаг первый — кидалово (в путинском понимании) с мирными выборами президента.

Второй шаг — начало заварухи в Крыму.

Третий шаг — пресс-конференция Путина, на которой он заявил, что присоединения Крыма к России не будет. Лгал ли он? Нет. ВВП никогда не лжет впрямую, это давно доказано.

Темнит, скрывает, недоговаривает, но не лжет. Т.е. не допускает высказываний, которые можно формально и убедительно опровергнуть. Тогда он просто хотел сказать Западу: я не буду присоединять Крым, если вы обеспечите наши интересы на Украине, включая защиту русского языка.

Вельможный Запад ничего не сделал. Думал, что ВВП смирится с любым дальнейшим развитием событий.

Ах, так? Тогда новое решение: получите отделение от Украины Крыма.

Крым просто свалился ему в руки, как перезревшая груша.

И что вы можете этому противопоставить? Санкции против профсоюза кремлевских уборщиц? Хе-хе.

Идем дальше.

Пошел разговор о широкомасштабных санкциях против России. Против целых отраслей экономики.

На это ВВП отвечает: если санкции будут, я присоединю к России всю Юго-Восточную Украину. И никто не сможет этому помешать. Потому что нет эффективной технологии помешания. Крымская война-2014 это уже доказала.

Поэтому, собственно, и не вводятся санкции РФ против США. Путин посылает очередной великодушный сигнал: да ладно, ребята, не будем обмениваться укусами, давайте лучше сядем и договоримся. По-пацански. Все свои. Знаем друг друга не первый десяток лет.

Все мои планы двигаться на Украину, так как России я не нужен, остаются в силе. Не думайте.

На сегодня, как мне представляется, вопрос для ВВП стоит так: уже введенные санкции отменяются, антироссийская риторика смягчается, а за это я не вхожу на Юго-Восток Украины. А если санкции будут нарастать, то… Тем более что провокации на границе с Россией уже зафиксированы, кровь на Юго-Востоке пролилась, а значит, формальный повод входить есть. Формальный же повод для Путина с его казуистическим сознанием исключительно важен.

Западные элиты, понятно, оказались в некотором трепете. А спрашивается, зачем было столько лет унижать Россию и лично ВВП? Ведь можно было вести себя вежливо, и тогда нынешнего кризиса не случилось бы. Честное слово.

Путин все-таки заставил Запад себя уважать. И лучше выдумать не мог.

Так что теперь уже входить на Юго-Восток Украины не надо. Это был бы явный перебор.

Но можно ли было не проучить этих высокомерных людей, западные элиты, думающие, что им позволено все, а народам второго сорта (которыми они считают русских и еще много кого) — ничего?

Так было, но так не будет. Потому что пацан.

Кстати, понятие «Запад» в данном случае весьма условное. Я убежден, что в США и Европе немало людей, которые восторгаются Путиным. Потому что давно мечтали, что кто-то найдет возможность проучить их собственные правительства. Вот ВВП и нашелся. Браво!

Осталось у меня на сегодня два тезиса.

1) Сейчас принято считать, что ВВП воссоздает Империю. Эта позиция происходит от недостаточного понимания или, если угодно, не вполне достоверной трактовки слова «Империя». Империя — это понятие в основе своей не географическое и даже не силовое. Империя — это источник / поставщик образцов. Интеллектуальных, культурных, политических, технологических. Какая бы часть Украины ни была присоединена к России, источником образцов от этого Россия не становится. СССР же таким источником был. Хороших или плохих образцов — вопрос не по теме этой статьи.

Еще многие говорят, что нынче воссоздается СССР. Империи, как и люди, рождаются и умирают один раз. Разумеется, есть формальное правопреемство, как у России по отношению к СССР, но это не значит, что СССР можно буквально воссоздать. Скорее можно говорить о пародии на СССР в режиме «День опричника» / «Сахарный Кремль» ((с) В. Сорокин). Это скорее пошло, чем страшно.

2) История учит нас, что никогда не надо делать поспешные выводы. Где вчера трагедия, там завтра фарс, как мы уже выяснили. Что на самом деле случится завтра — не знает никто. (Впрочем, Кто-то знает.) Любые овации и слезы в истории могут оказаться сильно преждевременными.

Итого: на сегодня — респект Вам и уважуха, Владимир Владимирович. От всего верноподданного народа.

А завтрашний день сам позаботится о себе (с).

P.S. Все мои планы двигаться на Украину, так как России я не нужен, остаются в силе. Не думайте.

Редакция не устает настоятельно напоминать, что ее мнение не всегда совпадает с мнением авторов.

Комментарии

Новое в разделе «Общество»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Между речью и письмомРазногласия
Между речью и письмом 

Психоаналитики Александр и Ольга Бронниковы — об аутистах как единственных атеистах, о психоанализе как практике случайного, о парадоксах труда как товара — и многом другом

29 июля 201620510