20 февраля 2014Общество
187100

Украина как горящая шина между Россией и Западом

Владимир Пастухов объясняет, почему гражданскую войну на Украине разожгла Россия, чего она добивается и к чему это может привести

текст: Владимир Пастухов
Detailed_picture© ИТАР-ТАСС

Революция революции рознь. В глаза бросается то, что майдан-2014 мало похож на майдан-2004, и только отъявленный романтик может назвать эту революцию «оранжевой». И дело здесь не только в том, что пассионарность уступила место отчаянной злобе. Сама природа этих двух майданов очень разная. Десять лет назад это был в некоторой степени естественный и восходящий процесс. Сегодня это следствие искусственного кризиса, и, безусловно, ничего возвышенного в происходящем нет. Более того, не исключено, что нынешний кризис в значительной степени обусловлен внешним по отношению к Украине фактором. Хотя, конечно, значения накапливавшихся годами внутренних противоречий тоже никто не отменял. В определенном смысле слова можно сказать, что Украина пала жертвой применения по отношению к ней новейшего «геополитического оружия». При этом удар был нанесен сознательно и расчетливо.

Дело в том, что украинская государственность весьма специфична, хотя и не уникальна. На Украине уживаются как бы два народа, два близких, «однокоренных», но все-таки существенно различающихся историей, ментальностью, культурными ориентациями и даже темпераментом этноса, — «западноукраинский» и «восточноукраинский». Я не говорю в данном случае о проживающих на Украине русских, или обрусевших украинцах, или других национальных меньшинствах — это другая тема. Речь идет именно о двух фракциях украинского народа. Проблема усугубляется тем, что культурные ориентации этих двух ветвей единого украинского народа не совпадают, если не сказать — противоположны. Исторически Украина всегда была натянутой струной между Россией с одной стороны и Литвой и Польшей — с другой. Теперь это называется проблемой «европейского выбора».

Это следствие искусственного кризиса, и ничего возвышенного в происходящем нет.

В этой связи существует незыблемое условие сохранения стабильности любой самодеятельной украинской государственности, случись таковой возникнуть (а это в очередной раз произошло в 1991 году). Таким условием является нейтралитет Украины. Потому что только сохранение нейтралитета — культурного, экономического, политического — в системе координат «Россия — Европа» позволяет двум частям украинского этноса мирно сосуществовать в рамках единого государства. То есть Украина «приговорена» всегда быть восточноевропейской Швейцарией, равноудаленной от всех точек напряжения. Кстати, именно так многими Украина и воспринималась последние годы: как страна, в которой пастор Шлаг может встретиться с людьми Даллеса, но откуда при случае могут вывезти к соседям в багажнике автомобиля, и дай бог, если живым...

Таким образом, нейтралитет в самом широком смысле этого слова являлся культурным condicio sine qua non существования Украины как единого и независимого суверенного государства. Нейтралитет создавал площадку, на которой разнонаправленные части этноса могли сотрудничать друг с другом конструктивно, не выпячивая на первый план свои разногласия. Это было понятно многим, кроме, пожалуй, нынешних руководителей Украины. Это делало (и продолжает делать) Украину политически крайне уязвимой, потому что само существование государственности ставится в зависимость от конъюнктурных, сиюминутных политических процессов. Страна была обречена придерживаться очень узкого коридора в проведении своей внешней политики. Шаг вправо или шаг влево от линии нейтралитета не просто грозил кризисом, а мгновенно обрушивал ее в штопор — что мы, собственно, и наблюдаем сегодня.

Украина «приговорена» всегда быть восточноевропейской Швейцарией, равноудаленной от всех точек напряжения.

Вопрос, однако, состоит в другом: кто обрушил Украину в этот штопор? На первый взгляд, кажется, что она сама сбросила себя под откос, запутавшись в европейском выборе. Сначала она вроде шла в Европу, потом развернулась, потом завертелась волчком и наконец камнем рухнула на майдан. Но на самом деле это не так. О движении в сторону Европы украинские политики говорят ровно столько, сколько существует новейшая Украина. Это разговоры в пользу бедных в прямом и в переносном смысле этого слова. В том виде, в котором Украина существует, она не может стать частью Евросоюза в обозримой исторической перспективе, а в необозримую даль незачем заглядывать. Сама Россия имеет такие же шансы стать частью Евросоюза, что и Украина. В общем и целом никого эти словесные политические выверты до последнего времени не волновали. Но в прошлом году все вдруг изменилось.

Россия искусственно и безо всяких внешне серьезных оснований сама резко обострила вопрос об украинской внешнеполитической ориентации. Он вдруг ни с того ни с сего превратился в краеугольный камень российской политики по отношению к Украине, на него оказалось замкнуто буквально все, но в первую очередь — российские нефть, газ и кредиты, без которых Украина и раньше плохо выживала, а сегодня и совсем не может прожить. Я полагаю, что обострение этого вопроса было совершенно искусственным и никакими объективными причинами не было обусловлено. С таким же успехом этот вопрос можно было заострять и год, и два, и пять, и десять лет назад. В поведении Украины ничего принципиально не изменилось с того момента, как основы ее современной политики были заложены сначала Кравчуком, а потом Кучмой. То есть дело здесь не в Украине, а в России.

Нынешняя революция — «нежданная», никем не желанная, никому (ни оппозиции, ни населению) на Украине не нужная.

По каким-то причинам в Кремле было принято решение «мочить Украину», и по ней был нанесен хорошо просчитанный и, возможно, смертельный геополитический удар. Украинское руководство поставили в ситуацию, когда оно не может больше проводить нейтральный политический курс, подыгрывая то «нашим», то «вашим». Пришлось жестко определяться под давлением и отказываться от нейтралитета в пользу сближения с Россией. Это подрывало под политическим миром на Украине термоядерный заряд и неизбежно обрекало общество на гражданскую войну, которая не заставила себя ждать. Именно поэтому я полагаю, что нынешняя революция — «нежданная», никем не желанная, никому (ни оппозиции, ни населению) на Украине не нужная. Она возникла потому, что украинское общество сдетонировало под направленным геополитическим давлением. И тот, кто оказывал это давление, хорошо понимал, к каким последствиям приведет сеанс «политического раздевания» Януковича. Уничтожая украинский политический нейтралитет, Россия уничтожает Украину. Она не оставляет ей (а не Януковичу) выбора.

Остается только добавить, что в этом нет ничего личного в отношении Украины, это только бизнес... Россия преследует свои, скорее всего ложные и параноидальные, глобальные политические цели. Одна из них состоит в том, чтобы не допустить создания вокруг своих границ «санитарного кордона» из лояльных Западу лимитрофов (в духе плана Пилсудского). Ради этого Россия «поджигает» пространство вокруг себя, создает зону «управляемого конфликта», в которой, как она полагает, ей будет более комфортно противостоять Западу. В 2008 году нечто подобное было проделано с Грузией. Теперь настала очередь Украины. Те, кто жжет шины на майдане, не понимают, что сама Украина превратилась сегодня для России в одну огромную шину, которую та подожгла, чтобы Запад не дотянулся до нее сквозь огонь и дым чужой гражданской войны.

Россия при Владимире Путине научилась, похоже, виртуозно пользоваться геополитическим оружием на ближнем театре военных действий. Но она раскрывает ящик Пандоры. Кто даст гарантии, что это же оружие не будет через какое-то время обращено против самой России?

Комментарии

Новое в разделе «Общество»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Люди на «Острове»Colta Specials
Люди на «Острове» 

Андрей Бартенев, Дмитрий Воденников, лебеди и все-все-все в альтернативном фоторепортаже с фестиваля

23 августа 20168960
«Событие»!Кино
«Событие»! 

В юбилей победы над путчем читателей COLTA.RU ждет онлайн-показ знаменитого фильма Сергея Лозницы

20 августа 201624680
В путчинеМедиа
В путчине 

Фотограф Игорь Стомахин вспоминает дни августовского путча 1991 года

19 августа 201616120