28 августа 2014Современная музыка
44780

Трэй Спрюэнс из Secret Chiefs 3: «Мы такие варвары»

Зачем бывший гитарист Mr. Bungle и его группа собираются выступать с оркестром русских народных инструментов

текст: Сергей Мезенов
Detailed_picture 

В Россию впервые приезжают Secret Chiefs 3, эзотерически-авангардный инструментальный проект Трэя Спрюэнса, бывшего гитариста Mr. Bungle и Faith No More. Небольшой российский вояж коллектива, в чьем творчестве сходятся древний восточный фолк, авангардный метал, калифорнийский серф и множество прочих стилистических влияний, не поддающихся четкой характеристике, начнется с подходяще экзотического выступления — 30 августа на Международном Канском видеофестивале Secret Chiefs 3 дадут совместный концерт с Красноярским филармоническим русским оркестром. COLTA.RU поговорила с Трэем Спрюэнсом о связи группы с русской музыкальной культурой, церковных псалмах и православии.

— Давайте начнем вот с чего: откуда вообще появилась идея сделать совместное выступление с оркестром русских народных инструментов?

— Тут в первую очередь Виктор (Левин, музыкальный продюсер, промоутер, работает с Secret Chiefs 3 и другими коллективами в Израиле и России. — Ред.) виноват, это он связался с нами и предложил нам такой проект. Сначала это был чисто теоретический вопрос — для меня это было больше такой, знаете, фантазией, фантомом. Но когда он снова задал этот вопрос, уже всерьез, я сказал, что если действительно есть реальная возможность воплотить подобный проект, я готов со своей стороны сделать абсолютно все, что потребуется. При этом я даже толком не понимал, что это «все» могло означать. Оркестр русских народных инструментов — для меня это просто одна большая загадка.

— До сих пор?

— В общем-то, да (смеется). Я изучал, какие инструменты входят в состав русского народного оркестра, транскрибировал нашу музыку для разных секций оркестра — но наугад, вслепую, имея самые общие представления о гармоническом строе многих инструментов. К счастью, директор оркестра нам очень помогла сгладить множество сложных моментов — понятно, я физически не мог сделать все правильно с первого раза, действуя наугад. Но я особенно старался сделать оркестровые партии максимально богатыми и насыщенными, чтобы оркестр звучал так, как и положено в таких проектах. Я смотрел на YouTube записи оркестров русских народных инструментов, у них обычно очень сложная, насыщенная, полифоническая музыка — и я хотел сделать так же, чтобы ни слушателям, ни оркестру не было скучно.

Оркестр русских народных инструментов — это одна большая загадка.

— А было что-то конкретное, что заставило вас, когда вы услышали о возможности выступить с оркестром русских народных инструментов, немедленно сказать: «Да, конечно!»?

— Разумеется! На самом деле одной возможности поработать с народным оркестром было достаточно. Мы и с обычным западным оркестром ни разу не играли до этого — ну, разве что камерную музыку немного. Меж тем сам смысл группы Secret Chiefs 3 уже состоит в попытке заново ввести народные, традиционные музыкальные идеи в современное звучание — понимая под традиционным античные музыкальные системы, какие-то фундаментальные древние вещи, которые считались утраченными и забытыми, по крайней мере, с точки зрения западного мира. Поэтому для нас приглашение сыграть вместе с народным оркестром, да еще в России — шанс всей нашей жизни. Лично я не могу представить себе ничего более волнующего. Если бы мне сейчас сказали, что я смогу сыграть с оркестром русских народных инструментов, но для этого придется изрядно попотеть следующие пять или десять лет, я бы немедленно согласился, не раздумывая. А когда такое буквально падает на тебя с неба — это просто невероятно. Правда, к этому невозможно толком подготовиться — ни у кого, думаю, не получилось бы. Но мы стараемся. Сделаем все в лучшем виде.

— В рамках творчества Secret Chiefs 3 вы исследовали множество самых различных музыкальных культур, преимущественно восточных. А есть у вас какая-то персональная связь с русской музыкальной культурой?

— Я так скажу — большая часть моих знаний о русской музыке неразрывно связана с музыкой церковной. Я исповедую православие, хожу в церковь и слушаю, как поют псалмы — это же довольно специфическая русская музыкальная традиция, которая восходит еще ко временам Византии. Я часто бываю на службах, и то, что я там слышу, — для меня практически сама суть любой музыки как таковой. И это просто абсолютно другой мир — я никогда даже не задумывался о том, что можно было бы совместить что-то подобное с тем, что делаю я. Знаете, есть это разделение на духовное и светское — мы же абсолютно светская группа все-таки.

Я как-то стащил нотную запись «Весны священной» из библиотеки.

— А вы не могли бы немного рассказать о том, что именно привело вас к православию?

— Хотел бы я, чтобы у меня был рациональный ответ на этот вопрос (смеется).

— Думаю, нас вполне устроит и иррациональный.

— На самом деле для меня все решил простой вопрос захода в православную церковь. Я тогда уже довольно давно искал чего-то, не знаю, как это толком можно назвать… искал некоей подлинной глубины, которую можно было бы противопоставить интеллектуальной поверхностности современного мира, и нашел ее именно в православии. Поэтому наиболее личная связь у меня все-таки с церковной музыкой. С другой стороны, большинство русской музыки в целом и так уже укоренено в древних церковных музыкальных традициях, от этого никак не отвертеться. Мне довольно часто попадаются в русской народной музыке мотивы или отголоски, мелодические или еще какие-то, того, что я слышу в церковном пении. Но это, пожалуй, максимальная глубина моего понимания. То есть, конечно, я изучал русских композиторов периода романтизма, был даже какое-то время абсолютно одержим Игорем Стравинским и Прокофьевым — эту часть русской музыкальной истории я знаю довольно хорошо. Я даже как-то стащил нотную запись «Весны священной» из университетской библиотеки, представляете. Я ее чуть ли не наизусть учил — те приемы, которые Стравинский использует в оркестровке, я потом применял много-много раз. Он настоящий мастер тональной яркости. Он же, кстати, тоже находился под большим влиянием народной музыки — и вот это его умение взять простую диатоническую мелодию и превратить ее в нечто сложное, оркестровое и полифоническое меня с подросткового возраста завораживало.

— Я знаю, что вы также планируете исполнить вместе с оркестром несколько композиций из их репертуара. Расскажите, есть ли какая-то существенная разница для вас как для композитора между этими произведениями и тем, что вы исполняете обычно?

— Боже мой, конечно, есть! Для начала, большинство вещей как минимум на пол-октавы или октаву выше того, как обычно играем мы, — это если говорить о базовой разнице. А если говорить в целом, то мы, знаете, на самом деле такие варвары — ну ладно, буду говорить за себя, потому что наш скрипач на самом деле очень виртуозный и подготовленный музыкант, наш клавишник тоже. А я как музыкант — натуральный варвар: выхожу на сцену в резиновых сапогах и играю на своем инструменте очень атавистично, как бог на душу положит. А тут нам придется играть вместе с людьми, которые все это изучали и исполняют эту сложную оркестровую музыку профессионально, — и разница между нами просто колоссальная.

30 августа Secret Chiefs 3 выступают на закрытии Международного Канского видеофестиваля, 31 августа — в московском клубе China Town Cafe, а 1 сентября — в петербургском клубе da:da

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Законы НочиРазногласия
Законы Ночи 

«Разногласия» публикуют некоторые законодательные документы Движения Ночь, регламентирующие отношения Движения со всеми

27 мая 201612130
ЛатышкаОбщество
Латышка 

С сегодняшнего дня Ольга Бешлей начинает рассказывать на Кольте истории из своей (и нашей) жизни. Первая — история одной головокружительной трансформации

27 мая 201680040