Танцы на руинах капитализма

На новом альбоме «Permanent Imbalance» Стас Шарифуллин, известный как HMOT, пытается вернуть танцевальной музыке утерянную энергию

текст: Денис Бояринов
Detailed_picture© Карина Азизова

Стас Шарифуллин — не только электронный музыкант, выступающий под псевдонимом HMOT, но и междисциплинарный художник, куратор, кандидат филологических наук и некогда колумнист COLTA.RU — выпустил новый альбом «Permanent Imbalance» на берлинском лейбле oqko. Используя модульные синтезаторы, полевые записи и среды визуального программирования звука, он продолжает опыты по деконструкции современной электроники. Постоянно мутирующая полиритмия «Permanent Imbalance» поначалу может выбить почву из-под ног любителя вечеринок и рейвов, но если тот сделает некоторое усилие над собой, то поймет, что эта музыка подходит для самых фантастических танцев.

Стас Шарифуллин рассказал COLTA.RU, зачем ему понадобилось разбирать танцевальную музыку на составные части.

— «Постоянный дисбаланс» — это же не просто название. Что ты вкладываешь в эту формулировку?

— Сразу скажу, что не очень люблю, когда к абстрактной музыке начинают «пришивать» какие-то дополнительные «смыслы», — то есть, конечно, я все еще верю в то, что музыка сохранила политический потенциал, но он не должен проявляться вот так явно, в лоб. Больше нравится, когда это все работает на уровне каких-то неявных образов. Само словосочетание я взял из интервью с одним французским композитором-авангардистом, в котором он рассуждает о кризисе постсовременности — невозможности создания чего-то радикально нового, давлении рынка и так далее. Собственно, идея примерно в этом. Все же понимают, что капитализм уже стал доминирующей идеологией и подрывает нашу уверенность в завтрашнем дне, — я сейчас не только о социально-экономической сфере, но и об изменениях окружающей среды в принципе, если принять идею о наступившей эпохе антропоцена. Типа мы довели идеи модерна до абсурда и противопоставили себя природе. Только я не вижу повода для расстройства, и, по-моему, состояние «разбалансировки» — обычное для современного человека. Нужно просто это принять. Когда я работал над треками, под руку попалась книга про грибы мацутакэ, которые растут на промышленных руинах. И там много интересных мыслей про то, как потеря равновесия создает крепкие симбиотические образования. Например, если ты хромаешь, то берешь трость — и вот ты уже не хромой и слабый, а куда более эффективный симбиоз человека и трости. Точно так же кто-то, теряющий ощущение стабильности, веры в завтрашний день, начинает искать поддержки у друзей, единомышленников — и тогда подобные горизонтальные связи имеют потенциал для образования мощных сообществ, то есть из разрозненных элементов создается целое, которое больше суммы своих частей. Но это идея, не имеющая отношения к музыке. Мне просто нравятся красивые словосочетания, и название здесь — это просто название.

HMOT x Massa — «Permanent Imbalance»

— Музыка «Permanent Imbalance» напоминает забойные техно-треки, из которых вытащили скелет прямой бочки. Зачем ты провел эту хирургическую операцию?

— Там местами есть прямая бочка, но я понимаю, о чем ты. Просто в какой-то момент играть и вообще ходить в клубы или там на большие фестивали стало невыносимо — появилось четкое ощущение того, что танцевальную музыку и культуру вокруг нее окончательно монетизировали, превратили в товар. Что движение, которое раньше напрямую ассоциировалось с эйфорией, с энергией — в том числе и политической, если рассмотреть, например, объединяющий потенциал рейвов, — превратилось в абсолютно искусственный, сконструированный по ремесленническим лекалам товар. Во что-то вроде модного аксессуара, который как бы загадочно оттеняет образ современного жителя мегаполиса. Рынок разрушил первоначальную идею ночных клубов, теперь даже культовый Berghain — это, скорее, туристическая достопримечательность. Пропал политический потенциал. В Москве примерно то же самое. Например, на главном танцполе одного из популярных столичных клубов есть такие огромные окна в пол, обклеенные изнутри оранжевой пленкой, и когда на улице уже окончательно рассветает — они поднимают ставни (или экран), и получается такой искусственный восход солнца. Небольшая доза эйфории для публики, строго по расписанию. Но я ни в коем случае не хочу никого обвинять, просто это еще один побочный эффект постсовременности. А сама идея, если вкратце, в том, чтобы разобрать танцевальную музыку на составляющие части и попробовать как-то их перестроить, переосмыслить — все для того, чтобы попробовать вернуть этой музыке, движению утраченную энергию. Естественно, это не моя концепция, есть много достаточно известных артистов, которые давно занимаются тем же самым. Тут есть определенный порог входа, но именно он и создает этот момент включения, осознания музыки как сущности, понимания ее исходных элементов — в противовес банальному фоновому потреблению. И «включившиеся» люди под это действительно танцуют, и это прекрасно. Получаются такие танцы на руинах капитализма.

— Оформлением релиза и визуализацией музыки занимался украинский художник Сергей Хилобок, работающий под псевдонимом Massa. Можешь рассказать про вашу совместную работу подробнее?

— Нас познакомил общий друг, и я предложил Сереже сделать видео на заглавный трек. Сразу понравилось, что он начал работать как раз на уровне абстрактных ассоциаций — теория хаоса, вот это все. В итоге он взялся за оформление релиза в целом, а потом как-то случайно мы продвинулись еще дальше — парни с лейбла oqko попросили нас сделать инсталляцию для выставки Vorspiel Transmediale в Берлине, используя уже готовое видео и плакаты с текстами на русском и английском. Сейчас есть еще два совместных проекта по мотивам, которые хотелось бы реализовать до конца года, связанных, скорее, с современным искусством, но рассказывать о них пока рановато.

— Ты написал в прошлом году хорошую статью, в которой сделал ряд точных и грустных наблюдений о состоянии российской и зарубежной «экспериментальной клубной сцены». Кажется, что выпуск тобой этой пластинки противоречит выводам статьи. Ты со своим альбомом встраиваешься в эту систему, становясь «самым заметным на Западе» артистом. Или нет?

— Думаю, в радикальном пессимизме нет ничего грустного. Это просто наиболее адекватная форма восприятия реальности, как мне кажется. Ведь музыкальное, да и в целом творческое сообщество в своей массе очень инфантильно, а предложенный взгляд как раз позволяет вытереть розовые сопли и заняться делом. Что касается пластинки — не вижу противоречий. Если бы мне хотелось сделать карьеру в стандартном понимании — записывал бы совсем другую музыку.

16 июня пройдет презентация альбома в клубе «Наука и Искусство».

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Владимир Лагранж: «Меня спросили: “Володь, а вот ты во Франции был. А нищих там, какой-то социальный провал не снимал?”»Общество
Владимир Лагранж: «Меня спросили: “Володь, а вот ты во Франции был. А нищих там, какой-то социальный провал не снимал?”» 

Разговор с классиком советской фотографии об условиях работы репортера в СССР, методах съемки и судьбе его фотографического архива

16 августа 201833920