Джон Скофилд: «Моя гитара может по-настоящему кричать»

Мэтр джазовой гитары о последнем альбоме, удостоенном двух «Грэмми», новом проекте Uberjam и уроках Майлза Дэвиса

текст: Егор Антощенко
Detailed_pictureДжон Скофилд с группой Uberjam

29 июля на фестивале «Усадьба Jazz» в Петербурге состоится единственный в России концерт Джона Скофилда — одного из самых известных и титулованных джазовых гитаристов в мире. За свою более чем 40-летнюю карьеру Джон Скофилд выступал и записывался с Майлзом Дэвисом и Чарли Мингусом, Джако Пасториусом и Джерри Маллиганом. В его дискографии больше 40 альбомов, среди которых и джазовый мейнстрим, и совместные записи с известным авант-джазовым трио Medeski, Martin & Wood, и эксперименты с электронным звучанием в проекте Uberjam, с которым он и приедет в Петербург.

Джон Скофилд и Uberjam (live)

— В прошлом году вы выпустили альбом кантри-песен в джазовых аранжировках «Country for Old Men» и получили за него две премии «Грэмми»: в номинации «Лучшая инструментальная джазовая запись» и за лучшее соло. Почему вы решили обратиться к кантри и фолку?

— Мне всегда нравилось кантри, и я часто думал о том, чтобы записать джазовые версии классических кантри-песен. Вообще говоря, когда я начал играть на гитаре, фолк был очень популярен, его можно было услышать на радио и ТВ. Я начал осваивать инструмент с простых фолк-песен, как, думаю, и большинство. Потом, когда я был подростком, то играл блюз и ритм-н-блюз, а когда мне было около шестнадцати, влюбился в джаз — и уже ему не изменял.

— А почему вы не стали рок-музыкантом? Ваша молодость пришлась на шестидесятые, когда все подростки с гитарами фанатели от The Beatles, Rolling Stones, Джими Хендрикса.

— Я их тоже слушал и продолжаю любить рок. Но джаз мне казался более глубокой музыкой, более серьезной, что ли. Мне просто было интереснее играть его: импровизировать, свинговать и так далее.

John Scofield — «Jolene»

— Вы как-то сказали, что на ваш стиль больше повлияли вокалисты, чем гитаристы. Кто именно?

— Все известные исполнители блюза и соула. Арита Франклин. Рэй Чарльз. Все, у кого есть хороший голос. На самом деле, мне кажется, я просто играю так, чтобы моя гитара звучала как голос — тем более что она может по-настоящему стенать или кричать.

— До 1960-х гитара не была настолько распространенным инструментом, как во время массовой популярности рок-н-ролла. Как вам удалось выделиться из огромного количества других талантливых гитаристов? У вас была какая-то стратегия?

— Никакой стратегии не было, было безумное увлечение музыкой. Действительно, когда я оканчивал школу, гитара была у каждого второго. Не знаю, думал ли я о том, как мне выделиться, — скорее, мне всегда нравились музыканты, у которых есть что-то свое, какой-то особенный, собственный стиль. Мне кажется, это есть в джазовой традиции: если взял в руки инструмент, старайся играть так, чтобы сразу можно было сказать, что это ты.

Быть всегда свободным, готовым к дешевой работе — вот что помогает в карьере.

У каждого должен быть свой звук. Даже если копируешь какую-то музыку, она получается совсем другой. Я пробивался, потому что постоянно находился на сцене. Играл любые концерты, которые мне предлагали. Сначала меня стали замечать в Бостоне, где я учился в Berklee College of Music. Потом стали приглашать в Нью-Йорк, так как связи между этими городами очень тесные. Так мало-помалу я познакомился с Билли Кобэмом, известнейшим в то время фьюжн-барабанщиком, другими музыкантами. Быть всегда свободным, готовым к дешевой работе — вот что помогает в карьере.

— Кто-то совершенствует свою технику всю жизнь, как Джон Маклафлин. Кому-то не обязательно заниматься часами, потому что он обладает феноменальными памятью, слухом и музыкальностью — говорили, что таким был трубач Чет Бейкер. Вы тратили много времени на упражнения, чтобы достичь своего уровня?

— Я до сих пор постоянно занимаюсь. Если честно, я не знаю ни одного хорошего музыканта, который бы не тратил на занятия фантастическое количество времени. Про себя могу сказать, что я посвятил игре на гитаре всю свою жизнь.

Майлз Дэвис, Джон Скофилд и Боб Берг в Монреале

— Как вы попали в группу Майлза Дэвиса?

— Майлз постоянно интересовался молодыми музыкантами, просил у своих знакомых кого-то порекомендовать. Меня порекомендовал саксофонист Билл Эванс (не путать с пианистом. — Ред.), который играл с ним в то время. Я играл с его группой три года.

— Чему вы научились у него?

— Я стал более продвинутым музыкантом, наблюдая за ним. Я обожал то, как он играет, его стиль еще до того, как его встретил. Майлз никогда не говорил тебе, что делать, — но всегда говорил, чего делать не надо. Музыка, которую мы тогда играли, рождалась из импровизаций, но на концертах всем руководил всегда сам Дэвис. Конечно, ему многое сходило с рук — это же был Майлз, мы боготворили его. Если бы я как бэнд-лидер вел так себя со своими музыкантами, то остался бы без группы. Все бы разошлись.

— Вы играли с Чарли Мингусом, Джерри Маллиганом, Майлзом Дэвисом и даже успели познакомиться и поиграть с Джако Пасториусом, который прожил совсем недолго.

— Я мало с ним играл. Пэт Мэтини сказал мне, когда я еще жил в Бостоне, что это лучший бас-гитарист, которого он слышал во всей своей жизни, — а он не говорил обычно таких вещей. Сначала я послушал пластинку Пасториуса, и она просто снесла мне крышу — он очень повлиял на меня как на гитариста. Потом я с ним познакомился. Он мог сказать тебе: «Я самый лучший бас-гитарист в мире». И ты думал: «Ну что за идиот!» Но потом Пасториус начинал играть, и ты понимал, что это правда. И дело не только в каких-то приемах, технике. Он был невероятно музыкален.

— Расскажите, кто сейчас играет в вашем проекте Uberjam и выйдет с вами на сцену в Петербурге.

— Ритм-гитарист Ави Бортник играет на ритм-гитаре, а также отвечает за сэмплы и лупы. Он — очень важная часть Uberjam, мы написали много композиций для проекта вместе с ним. На басу у нас уже давно играет Энди Хесс — раньше он работал в нескольких известных рок-группах вроде Gov't Mule и The Black Crows. Он — настоящий мастер соул- и фанк-музыки. Нам невероятно повезло сотрудничать с барабанщиком Деннисом Чемберсом. Он играл в моей группе с 1986 по 1989 год — так что для нас это своего рода реюнион. Также его можно было видеть на сцене с Parliament Funkadelic, Карлосом Сантаной и еще множеством известных музыкантов. Многие говорят о нем как об одном из лучших фьюжн- и фанк-ударников всех времен. Мы получаем огромное удовольствие от игры вместе — надеемся, что его получит и аудитория «Усадьбы Jazz» в Петербурге!

Кроме Джона Скофилда на фестивале выступят гвинейская группа Ba Cissoko, бразильская певица Ju Moraes, проект виртуозов традиционной арабской музыки Амина и Хамзы М'Раихи The Band Beyond Borders и группа «АукцЫон». Полную программу фестиваля можно найти здесь.

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Молодой ГайдайКино
Молодой Гайдай 

«Молодой Годар» Мишеля Хазанавичуса: комизм-оппортунизм или Canal+ ревизионизм?

17 ноября 201728750
VLNY. «R'n'B»Современная музыка
VLNY. «R'n'B» 

Инстаграм-стори о современной молодежи, которой не чужд путь саморазрушения: премьера клипа самарской инди-рок-группы

16 ноября 201719070
Журнал «Репортажен» ищет русских авторовОбщество
Журнал «Репортажен» ищет русских авторов 

Главный редактор журнала Даниэль Пунтас Бернет при поддержке Швейцарского совета по культуре Про Гельвеция приезжает с лекцией, мастер-классом — и на поиск авторов. Присылайте заявки — и пишите для одного из лучших изданий в мире

16 ноября 201739210
Мафиозо в отставкеОбщество
Мафиозо в отставке 

Ты — крупный мафиозо, который сдал своих и находится под защитой государства под чужим именем в съемной квартире. Как идет твоя жизнь? Репортаж Сандро Маттиоли — на старте нового проекта Кольты Best of Reportagen

15 ноября 201733330