21 февраля 2017Современная музыка
25220

The Cinematic Orchestra: «Люди должны проснуться»

Основатель необычного британского оркестра Джейсон Свинскоу о том, почему он стал писать песни о политике, новых проектах и о том, какого режиссера он ищет

текст: Денис Бояринов
Detailed_pictureДом Смит и Джейсон Свинскоу© The Cinematic Orchestra

Уроженец Кардиффа Джейсон Свинскоу был менеджером по продажам на лейбле Ninja Tune, разъезжал по миру как диджей (в том числе в середине 90-х доезжал и до России), а потом придумал проект The Cinematic Orchestra, в котором, смешивая джаз и электронику, необычный камерный оркестр играл оригинальную музыку — иногда под выдающийся видеоряд. The Cinematic Orchestra заработали себе прекрасную репутацию — они выступали в Альберт-холле и на сцене Сиднейской оперы, записали несколько отменных альбомов, в которых не забывали обновлять свой стиль и звук. Последняя пластинка ансамбля, возглавляемого Джейсоном Свинскоу, выходила почти 10 лет назад, поэтому перед российской гастролью британцев мы не могли не поинтересоваться, что у них нового.

— Новый альбом The Cinematic Orchestra уже закончен? Поклонники ждут его 10-й год.

— Да, он записан и почти сведен. Выйдет позже в 2017-м.

— Судя по первому синглу «To Believe», на этот раз вы решили представить свою интерпретацию музыки соул?

— Первый сингл «To Believe» записан вместе с лос-анджелесским певцом и автором песен Мозесом Самни (Moses Sumney). Да, в нем есть что-то от соула, но для меня важнее то, что он посвящен нынешней политической ситуации в мире. Эта песня задает людям вопрос: во что они верят и кому? Верят ли они медиа или политикам, которые ими манипулируют? Очень важно задуматься об этом именно сейчас. Люди должны проснуться.

Мозес Самни © Alexander Black

— Ваш новый альбом целиком посвящен современной политической ситуации?

— Альбом так и будет называться — «To Believe». Там будут лирические и инструментальные треки, но вот этот вопрос «Во что ты веришь?» будет сквозным, объединяющим все песни пластинки. Сейчас поп-музыка стала совсем бессмысленной. Песни штампуются без остановки, но о чем в них поется? Что они значат? На чем они стоят? Чего они стоят? Эти вопросы очень важны для меня. Песни The Cinematic Orchestra не могут быть пустым звуком, они привязаны к культурной и политической повестке дня.

— Я видел в вашем фейсбуке фотографию Roots Manuva, пишущего что-то на листке бумаги. Он появится на «To Believe»?

— Да, он сделал восхитительную песню, которая опять же посвящена идее веры. Было замечательно поработать с ним снова. Я приехал в Лондон под Рождество — привез с собой портативную студию, состоящую из лэптопа, звуковой карты и моего микрофона Neumann U 47, сделанного в 1954 году. Мы засели в моем номере отеля и за несколько часов сделали песню. Roots Manuva с ходу написал великолепный текст, глубокий и метафоричный, начитал его в микрофон — и это сделало песню. Это было невероятно.

— В каком составе The Cinematic Orchestra приезжают в Москву?

— На барабанах по-прежнему Люк Флауэрс. На басу — британец Сэм Виктори. У нас новый пианист — Доминик Джей Маршал, невероятный молодой музыкант с очень психоделичным стилем. Новая певица — Tawiah B, которую я встретил на фестивале Коачелла, где она пела в группе Марка Ронсона. Ну и я сам.

Кадр из нового клипа© The Cinematic Orchestra

— А кто скретчит за виниловыми вертушками?

— Никто. Это в прошлом.

— Вместе с вами в Москву приезжает другой замечательный артист лейбла Ninja Tune Funky Porcini. Все участники Ninja Tune дружат друг с другом?

Ninja Tune действительно больше походит на комьюнити людей с общими интересами. Раньше я был знаком почти с каждым музыкантом, который выпускал на лейбле свою музыку. За последние годы, что я переезжал из страны в страну, семья Ninja Tune сильно разрослась — прибавились новые музыканты, с большинством я лично незнаком. Но артистическая связь между нами осталась — в Ninja Tune по-прежнему чувствуется дух большой семьи.

Джеймс Брэддл, который выступает под ником Funky Porcini, позвонил мне перед Рождеством и сказал, что он получил предложение выступить вместе с нами в России. Конечно, я был рад. Я его не видел много лет и не слышал, как он диджеит, но я ему абсолютно доверяю.

— А где вы сейчас живете — вы несколько раз переезжали из Франции в Америку?

— Да, я сменил несколько городов — жил в Париже и в Нью-Йорке, потом в Лос-Анджелесе. Сейчас я вернулся на родину — я заканчиваю строительство дома-студии в Херефордшире. Это к северу от Бристоля. У меня замечательный дом с дивным видом из окна, осталось только доделать студию.

Кадр из нового клипа© The Cinematic Orchestra

— Я знаю, что вы приезжали в Россию еще в середине 90-х, когда были диджеем. Вам что-нибудь запомнилось из поездок тех времен?

— Очень сумбурные воспоминания. Помню, как отключилось электричество во время моего диджей-сета. Это как раз было в Москве (смеется).

— Что вы играли тогда?

— Хип-хоп и соул, трип-хоп, разную электронику, которую делали в то время.

— Вы еще играете диджей-сеты?

— Время от времени. Очень нерегулярно. Я люблю винил. У меня в студии стоит хай-фай-стереосистема, и к ней подсоединены вертушки — я по-прежнему собираю виниловые пластинки и слушаю их. Иногда что-то с них сэмплирую. В каждом городе, в котором я бываю, я пытаюсь попасть в магазин пластинок и увезти с собой винил: джаз, классика, соул, экспериментальная музыка, рэп — у меня нет ограничений. Кстати, в Москве мне так и не удалось сходить в рекорд-шоп — не хватало времени.

— А что вы думаете о стриминговых сервисах, на которые перешло новое поколение? Говорят, что ваша песня «To Build a Home» была прослушана на них рекордные 60 миллионов раз. Сколько вам это принесло денег?

— Понятия не имею. Не думаю, что больше пенса за десяток прослушиваний. В Spotify очень легко поделиться плейлистом, и твою песню могут услышать миллионы, но денег музыкантам это не приносит. Компакт-диски сейчас никто не покупает, они имеют смысл только как носители для промо. К виниловым пластинкам наблюдается небольшой рост интереса, но их явно недостаточно. Нормальные деньги приносит сейчас только продажа музыки в рекламу, на телевидение и в кино. Музыканты явно не зарабатывают тех денег, что им положены.

— У вас был опыт написания саундтрека для фильма «The Crimson Wing» компании Disney — и вы им остались не слишком довольны. Вы будете продолжать писать музыку для кино?

— Не вижу препятствий, но если только режиссер этого фильма будет со мной на одной волне. Если мы будем с ним совпадать во вкусах и если это будет равноправный творческий диалог, как, например, у Альфреда Хичкока и композитора Бернарда Херрманна. Или вот, скажем, прекрасный режиссер Джим Джармуш, который приглашает в свои фильмы музыкантов, чье творчество он уважает, любит и ценит. Мне неинтересно заниматься музыкой ради денег. Я не хочу упрощать свое искусство. В этом нет смысла.

— Когда-то вы сочинили звуковую дорожку к немому фильму Дзиги Вертова «Человек с киноаппаратом» и выпустили ее как альбом. Может быть, пока вы ждете предложения от подходящего режиссера, имеет смысл вернуться к этой идее?

— Я уже работаю над этим. У меня еще был проект «In Motion», в котором мы вместе с музыкантами-единомышленниками писали саундтреки к экспериментальным короткометражным фильмам — старым и современным. Я предполагаю в следующем году выпустить продолжение «In Motion». Сейчас как раз обдумываю, кого бы позвать из музыкантов ко мне присоединиться. И мы, конечно, сделаем с этой программой небольшой тур, как было с «Человеком с киноаппаратом».

The Cinematic Orchestra выступят 22 февраля в YOTASPACE (Москва), а 23 февраля — в клубе А2 (Санкт-Петербург).

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте