21 декабря 2016Литература
142910

Собрание писателей

Документальная драма Марины Вишневецкой

текст: Марина Вишневецкая
Detailed_picture 

Публикуемый COLTA.RU текст основан на стенограмме отчетно-перевыборного собрания Русского ПЕН-центра, прошедшего 15 декабря 2016 года. Все реплики подлинные. Стенограмма и видеосъемка собрания есть в редакции.

Входит Лев Толстой в пижаме, всюду — Ясная Поляна.
Иосиф Бродский, «Представление»

Действующие лица и их прототипы

Мужчина в президиуме — член исполкома писатель Борис Евсеев

Женщина в президиуме — член исполкома поэт Марина Кудимова

Директор ПЕН-центра — директор Михаил Демченков

Глава счетной комиссии — автор книг для детей Татьяна Пономарева

Глава ревизионной комиссии — писатель Марина Тарасова

И.о. президента ПЕН-центра — писатель Евгений Попов

Бывший президент Русского ПЕН-центра (в марте сообщивший о своем уходе с этого поста) — писатель Андрей Битов

Люди из зала — члены Русского ПЕН-центра, прозаики, переводчики, поэты, издатели: Ольга Дробот, Александр Архангельский, Александр Бубнов, Марина Вишневецкая, Марина Бородицкая, Сергей Яковлев, Ольга Варшавер, Алексей Моторов, Максим Амелин, Леонид Бахнов и др.

Акт I

Небольшой зал в старом особняке, расположенном в центре Москвы. За столом президиума двое. Пока они производят ритуальные процедуры, объявляя число зарегистрировавшихся и выбирая счетную комиссию, сцена полузатемнена. Подходят опоздавшие. Слышны негромкие приветствия людей, давно не видевших друг друга.

Мужчина в президиуме: Следующая наша задача — огласить повестку дня... Далее основная наша задача сегодняшняя — это выборы президента ПЕН-центра. Вы получили замечательные бюллетени для голосования. И многие, как я видел, их уже опустили (указывает на стоящую неподалеку урну для голосования). Выборы президента будут тайным голосованием, безусловно. Потом утверждение голосования счетной комиссией.

Голос из зала: По повестке дня вопрос.

Второй голос из зала: По пунктам обсуждать повестку!

Мужчина в президиуме: Все нормально, повестку дня вы будете обсуждать по тем выступлениям, которые сейчас прозвучат.

Голос из зала: Вы должны были поставить ее на обсуждение.

Третий голос из зала: А если мы хотим внести в повестку дня что-то, мы что, не можем уже?

Мужчина в президиуме: Вносить в повестку дня изменения нельзя. Дополнения возможны, но они... Я хочу вам зачитать вот: «есть прения, и есть разное» [1]. Далее по повестке избранный президент (надеемся, таковой будет) зачитывает свой список вице-президентов и исполкома. Здесь предусмотрено открытое голосование. Далее выборы ревизионной комиссии. Далее о работе над новым уставом.

Голос из зала: По пунктам обсуждать повестку!

К микрофону подходит известный телеведущий, писатель.

Мужчина в президиуме: Нет, слова мы не дадим.

Известный телеведущий: По ведению. По ведению вы даете слово?

Мужчина в президиуме (ищет глазами главу счетной комиссии): Сейчас итоги огласят.

Дополнения в повестку дня, уважаемые друзья, у нас не предусмотрены. Но вы должны их озвучить во время вопросов, которые будут обсуждаться.

Голос из зала: Общее собрание имеет право дополнять повестку дня, это написано в уставе!

Второй голос: Это возмутительно!

Мужчина в президиуме: В уставе написано и другое. И мы живем по этому уставу и будем жить, дорогие друзья.

Голос из зала: Как раз в этом вопрос!

Мужчина в президиуме: Вопрос по уставу будет потом. (Известному телеведущему, подошедшему к микрофону) Не надо этого делать, господин А., не срывайте собрания!

Голос из зала: Вы понимаете, что вы нарушаете устав?

Шум в зале, возгласы: «У нас дополнения в повестку дня!»

Мужчина в президиуме: По повестке у нас выступление и.о. президента.

И.о. президента: Позволите мне слово молвить, господа? Вы так будете орать до утра!

Шум в зале нарастает. Слышны возгласы: «Вы нарушаете устав!»

Женщина в президиуме: После отчета ревизионной комиссии начнутся прения. Успокойтесь. (И.о. президента) Не обращайте внимания.

И.о. президента: Ну как не обращать? Скажут «демократии нет».

С началом зачитываемого с листка доклада шум в зале переходит в гул незаинтересованности, сквозь который до зрителя из отчета и.о. президента (о восьми заседаниях исполкома и более чем тридцати сделанных исполкомом заявлениях и обращениях) доносятся лишь фрагменты фраз: о задержании Мирославы Бердник, известного киевского публициста... по поводу смерти журналиста Дмитрия Циликина... о нападении хулиганов на участников конкурса старшеклассников... в Одессе по политическим мотивам арестована беременная журналистка... о недопустимости самовольного использования логотипа «Русский ПЕН-центр»...

Слышен и шепот сидящих в зале: «Давайте напишем в президиум записку», «Это бесполезно!»

Мужчина в президиуме: Я хотел бы напомнить пункт 5.8 устава: исполком организует работу собрания, а не наоборот. Это четко и определенно сказано. Исполком продумал все, и вот наш и.о. президента высказался. По отчету исполкома можно выступить. Прения две минуты, пожалуйста.

Известный переводчик: У меня такой вопрос: вот вы все время говорите «в соответствии с уставом», а какой устав вы имеете в виду? О каком уставе идет речь?

И.о. президента: Речь идет об уставе, по которому вы все, здесь присутствующие, вступали, вы читали, я надеюсь, устав, и в нем все пункты, здесь изложенные, имеются.

Известный переводчик: Можно я позволю себе некоторое уточнение? Получилась такая ситуация, что у нас есть устав двух типов. У нас есть устав, который вывешен на сайте нашего ПЕН-центра, который был нам разослан, и есть устав, лицевая сторона которого выглядит точно так же, который завизирован в надзорных инстанциях. И, к сожалению, эти уставы отличаются друг от друга в трех существенных моментах. Эти три момента касаются выборов. Я даже не знаю, как такое могло получиться, что у вас в сейфе лежит один устав, а в надзорных инстанциях другой.

Мужчина в президиуме: А какие надзорные инстанции вы имеете в виду?

Известный переводчик: Это Налоговая инспекция. Я могу предъявить копию, которая нами получена [2].

Мужчина в президиуме: Налоговая инспекция — при чем здесь это?

Известный переводчик: И, к сожалению, эти два устава различаются в трех очень важных пунктах — это пункты 5.3 и 5.8. Они все касаются выборов. На основании того устава, который висит на сайте, только исполком имеет право выдвигать свои кандидатуры на должность президента... А на основании устава, который зарегистрирован в надзорных органах, правом выдвижения кандидатов обладают все участники этого собрания.

И.о. президента: Скажите, вы, когда вступали, в Налоговой инспекции устав брали?!

Известный переводчик: Мне как-то не приходило в голову, что в правозащитной организации можно столкнуться с такой ситуацией. Я даже не знаю, как это назвать, я бы тогда это назвала словом «подлог».

Мужчина в президиуме: Вы вообще-то выбирайте выражения.

Известный переводчик: А как еще назвать, если в те же даты принятый устав, на нем один и тот же лицевой, титульный лист, там всюду одинаковое содержание, оно разнится только в трех пунктах, которые касаются выборов руководства. (И.о. президента) Знает исполком, с каким уставом работает?

Мужчина в президиуме: Значит, я представляю нашего юриста, члена нашего ПЕН-клуба... Она специалист по уставам! Специалист по уставам. (Известному переводчику) Покиньте, пожалуйста, микрофон и дайте... Вы уже две минуты свои исчерпали. (Юристу) И вы садитесь пока. (Залу) Юрист ознакомится и даст свое... Следующий доклад нашего директора. Просим.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Акт II

Тот же зал спустя двадцать минут. Директор завершает свое выступление.

Директор: С уставом все не так просто. Нам надо определиться, кто мы: российское отделение Международного ПЕН-клуба или общественная организация. Сейчас уставом занимается специалист по уставам, у нее, безусловно, есть правовая база. Я думаю, она в прениях у нас выступит...

Мужчина в президиуме: У нас предусмотрено выступление юриста...

Директор: И на все вопросы вам ответит.

Известный телеведущий (на этот раз от микрофона): Дорогие друзья, добрый день. Вопрос об уставе будущем — это один вопрос. Вопрос об уставе действующем — он принципиально важный. Какие бы мы в этой жизни позиции ни занимали, какие бы ставки ни делали, но все должно быть по правилам и законам. Для того чтобы понимать, правомочны или неправомочны наше собрание и все его последующие решения, какими бы они ни были, мы должны понять, на основе какого устава живем сегодня: образца 1998—1999 годов, подписанного заместителем министра юстиции Сергиенко, или на основе иного, незарегистрированного... Потому что тут есть разночтения. Если мы действуем на основе устава, зарегистрированного в 1999 г., — и это закон, по закону! — это одна постановка вопроса. Тогда действительно — почему я хотел выступить по повестке дня. Только потому, что тогда действительно надо вносить возможность выдвижения кандидатур на собрании. Если законно (не с нашей точки зрения, подчеркиваю, а с точки зрения регистрационной) другое — давайте определимся.

Женщина в президиуме: По повестке дня на все эти вопросы будет отвечать юрист. И мы сочли разумным, что после выступления юриста мы подведем некий итог, выскажем свои сомнения, зададим ей вопросы — вот и всё.

Известный телеведущий: Чтобы не было напряжения в начале, когда формируется повестка дня, этот вопрос надо решить: на основе чего.

Директор (резко меняя тему): Чтобы нам не ломать копья, в зале присутствуют 98 человек.

Мужчина в президиуме: Очень хороший результат, поздравляю вас!

Директор: Отличный! И заочно проголосовали... Но кворума здесь (указывает на зал) по этому вопросу нет и быть не может. Поэтому сама постановка вводит в заблуждение, она уже незаконна.

Голос из зала: Ну что, пошли домой?

Директор: Устав все равно будет меняться! И пусть тогда юристы докладывают. Сейчас это просто уход в сторону, мутная вода. Я не буду говорить слов плохих, но это нехорошо.

Известный телеведущий: Ну, мутная вода на вашей совести. Но если этот устав не предполагает права выдвижения на собрании нового кандидата в президенты и новых кандидатов в исполком — это одна история. Если предполагает — это другая. Моя позиция, что предполагает. Но если вы мне юридически докажете, что нет, тогда другая история. Но это должно быть юридически чисто.

Мужчина в президиуме: Мы вашу позицию поняли, спасибо... (Ищет глазами главу счетной комиссии.) Вы поставили вопрос, и мы ответим.

Глава счетной комиссии: Вот у меня на руках есть данные голосования по интернету — предварительные. Проголосовал всего 181 человек. Если же еще один кандидат в президенты добавится, то выбор будет только у 98. А вот эти 181 в этом голосовании на сегодняшний момент участие принимать не смогут. Вот только об этом идет речь.

Мужчина в президиуме: Да-да, спасибо. Мы вообще-то с этим вопросом разобрались. Садитесь. И вы садитесь. Есть люди, которые никогда не выступят. Они приехали специально из провинции. И вот один из них просит слова.

Писатель из провинции (глядя в заранее приготовленный листок): У меня реплика и объявление. Занимаясь правозащитной деятельностью, отстаивая права человека, мы подзабыли, что внутри у нашего ПЕНа, у каждого из нас есть право человека, право на то, чтобы твой коллега вел себя с тобой уважительно... (отрывая взгляд от листка) без мутных различных слов с любой стороны. Потому что в провинции есть снижение доверия к правозащитным заявлениям ПЕНа, и резонанс от этих заявлений уже не тот.

Мужчина в президиуме (подсказывает): Об исполкоме, может быть, и о дирекции.

Писатель из провинции: Так вот я...

Мужчина в президиуме: Про исполком!

Писатель из провинции: По поводу исполкома, если уж ко мне... я человек не совсем компетентный в этом... деятельность исполкома в целом я считаю положительной... деятельность по уставу надо продолжить, чтобы консенсус был... я приглашаю вас завтра на Неглинную, на свой авторский вечер.

Мужчина в президиуме: Слово для отчета ревизионной комиссии предоставляется...

Свет на сцене микшируется. Чтобы зрители нашего спектакля не устали от монотонности происходящего, действующие лица в этой сцене будут выходить к микрофону и беззвучно шевелить губами. А их реплики будут проецироваться на задник сцены, быстро сменяя друг друга.

Глава ревизионной комиссии у микрофона (безмолвно артикулирует).

Пока ее реплики бегут по экрану субтитрами, в зал медленно входит известный поэт, классик современной литературы. Ему помогают расположиться в первом ряду. Его появление вызывает в зале некоторое оживление. Кое-кто поднимается со своих мест, чтобы сфотографировать классика.

Реплики-субтитры: В этом году жизнь нашего ПЕНа как-то была очень насыщенной, она не была формальной... я сейчас зачитаю конкретно — об исполкомах... от 3 марта у меня первое — отложить прием новых членов... активнее проводить публичные мероприятия, интенсифицировать связь со СМИ... про сбор предложений по изменению устава — это действительно очень важная вещь и в какой-то степени решающая для ревизионной комиссии... я лично вот не видела при некоторых разночтениях, я лично не видела трех разных уставов [3]. Мне не совсем было понятно, как так, почему 180 человек, я хочу пояснений, не могут принимать участие в голосовании. Каким образом? Вот мне это совершенно непонятно.

Мужчина в президиуме: Уважаемые друзья, вот еще пришел уважаемый живой классик. Давайте мы его поприветствуем.

Аплодисменты, всполохи фотовспышки.

Бывший президент Русского ПЕН-центра (неожиданно для всех поднимаясь из-за стола, стоящего рядом со столом президиума): Я не присутствовал на последнем исполкоме, где были выдвинуты две кандидатуры, вполне достойные кандидатуры. Одного, Евгения Попова, я знаю достаточно давно, по-всякому и долго, подробно. Другого, Евсеева, я знаю несколько меньше... Памятуя то, что я в свое время был избран из трех кандидатур, я предлагаю все-таки, если он согласится, чтоб была третья кандидатура от меня, я не успел ее выдвинуть, но я считаю, что это человек достойный, я потом объясню почему, это Владислав ***. Вот, чтобы все-таки выбиралось из троих.

Голос из зала: Мы тоже третью хотим выдвинуть.

Мужчина в президиуме: Хочу сразу сказать, что уставом... мы очень уважаем — я не вижу, где Владислав ***... Слав, мы очень любим тебя, но я хочу ответить, что мы просто не можем сейчас ввести третью кандидатуру.

Голос из зала: Давайте сначала юриста послушаем!

Мужчина в президиуме (бывшему президенту): У нас было время для выдвижения кандидатур, мы знаем, что вы не могли там, были заняты.

Бывший президент Русского ПЕН-центра: Я просто не был здоров.

Кандидат от бывшего президента: Снимается вопрос, потому что я отказываюсь, вопрос снимается.

Мужчина в президиуме: Владислав отказывается.

Кандидат от бывшего президента: Я вам очень признателен за ваше доверие и всячески кланяюсь вам, но в силу образа моей жизни я не смогу просто...

Мужчина в президиуме: Спасибо! Спасибо. Просто было все объявлено, у нас есть специальный лист, в котором — кто выдвигал, кто чего делал и так далее. Все это абсолютно открыто. И, конечно, если бы это было сделано вовремя... в общем-то мы бы, наверно, прислушались.

ЗАТЕМНЕНИЕ

Акт III

Тот же зал спустя 20—30 секунд.

Мужчина в президиуме: А теперь я хотел бы сказать, что нужно вообще-то перейти к голосованию.

Голос из зала: А можно реплику по работе ревизионной комиссии?

Мужчина в президиуме: Реплика по ревизионной комиссии. Видите, как мы демократичны?

Прозаик (у микрофона): Дорогие коллеги, по уставу ревизионная комиссия следит за тем, как жизнь исполкома, жизнь ПЕНа взаимосвязана с уставом. Я хочу спросить у главы ревизионной комиссии, какой версией устава она пользовалась.

Глава ревизионной комиссии: Я пользовалась классической версией, канонической.

Прозаик: Каноническая версия лежит в сейфе у нашего директора.

Глава ревизионной комиссии: Но это не является государственной тайной.

Женщина в президиуме: Равно как и Священным Писанием.

Голос из зала: Дело в том, что на сайте вывешена другая версия.

Прозаик: Дело в том, что все последние собрания проводились с нарушением устава.

Женщина в президиуме: Русский ПЕН-центр живет строго по уставу.

Мужчина в президиуме: Только по уставу живет.

Женщина в президиуме: Итак, мы голосуем по повестке дня.

Прозаик: Вначале я должна получить ответ главы ревизионной комиссии...

Женщина в президиуме: Вы получите ответы от юриста.

Голос из зала: Выпустите юриста наконец.

Мужчина в президиуме: Ну дайте юристу поработать-то.

Прозаик: Я так и не поняла...

Женщина в президиуме: Был исчерпывающий ответ на вопрос, это же просто искусственное затягивание несуществующей полемики.

Мужчина в президиуме: Спасибо.

Женщина в президиуме: И активный поиск врага.

Мужчина в президиуме: Уважаемые коллеги, давайте работать. Давайте не будем уходить от работы. Поэтому переходим сразу к голосованию. По исполкому. Кто за то, чтобы одобрить работу исполкома Русского ПЕН-центра?

Голос из зала: Прения, прения должны быть до голосования! Я подавал первым заявку на выступление. Почему...

Мужчина в президиуме: Прения по какому вопросу?

Русский писатель: По исполкому!

Мужчина в президиуме: Хорошо, по исполкому скажите, и будем голосовать... Один выступающий по исполкому.

Голос из зала: Почему один?

Мужчина в президиуме: А сколько еще?

Голос из зала: Я тоже, например, хочу сказать.

Мужчина в президиуме: Тут все хотят сказать. Не надо из зала подавать голос, мы уже голосами этими переполнены! Дорогие друзья, в голове уже гудит.

Русский писатель (от микрофона): Ни одна демократическая система не работает так, чтобы после ухода премьера оставшийся кабинет, кооптировав самостоятельно, ввел в себя новых членов, а затем выдвигал нового премьера. Мы разрушаем...

Мужчина в президиуме: У нас это прописано в уставе.

Русский писатель: Дайте мне сказать...

Голос из зала: Нет этого в уставе!

Русский писатель: Мы разрушаем собственную демократическую организацию. Я считаю, что даже если в какой-то мере нынешний устав ограничивает наши возможности, нам необходимо сказать нынешнему исполкому, что в их интересах, в интересах общих наших, чтобы погасить наши собственные внутренние трения, надо предложить исполкому добровольно уйти в отставку в полном составе. Либо подтвердить полномочия конкретно и персонально каждого члена Общим собранием. Либо выбрать новый состав.

Мужчина в президиуме: Спасибо. Значит, еще раз читаю то, что написано в уставе: «Исполком предварительно рассматривает вопросы... выводит и вводит в состав исполкома новых членов с последующим утверждением на очередном собрании». Не выдвижением, а утверждением [4].

Шум в зале, реплики: «Дайте все-таки уже юристу сказать!»

ЗАТЕМНЕНИЕ

Женщина в президиуме: Уважаемые коллеги, мы переходим к самому главному вопросу нашего собрания — к выборам президента.

Известный переводчик: Можно как раз по выборам президента?

Женщина в президиуме: Нет, извините.

Известный переводчик: Я имею право выдвинуть кандидатуру.

Женщина в президиуме: Вы имеете право выдвинуть кого угодно. И вы уже это делали.

Голос из зала: А вы знаете, тут написано, что Общее собрание имеет право...

Мужчина в президиуме: Это взято в НАЛОГОВОЙ ПОЛИЦИИ! А мы полиции не подчиняемся. Это полицейский протокол!

Поэт: Это наш устав, тут написано: Общее собрание ПЕН-центра может выдвинуть еще кандидатуры! Статья пять, пункт восемь: Общее собрание. Члены ПЕН-центра могут выдвигать другие кандидатуры! Я хочу выдвинуть еще одну кандидатуру!

Мужчина в президиуме (отбирая микрофон): Выписка из устава, который хранится в налоговой инспекции, — вот что здесь написано!!

Женщина в президиуме: Мы будем вынуждены лишать слова.

Голос из зала: А вы и так не даете слова.

Шум, реплики накладываются друг на друга.

Мужчина в президиуме: У нас не Верховная рада Украины. Пожалуйста, садитесь! Потому что у нас не Верховная рада! А Москва, Россия.

Женщина в президиуме: Уважаемые члены Счетной комиссии, пожалуйста, приготовьтесь к голосованию.

Голос из зала: Выборы будут нелегитимными. Вы это понимаете?

Женщина в президиуме: После выборов президента выступит юрист и даст объяснения.

Голос из зала: Нелегитимными!

Женщина в президиуме: Ну что ж, вы их оспорите в судебном порядке.

Мужчина в президиуме: У нас большинство решает, большинство!

Женщина в президиуме: Мы начинаем голосование.

Шум в зале. Реплики накладываются друг на друга: «Мы не можем голосовать, давайте юриста!», «Предъявите юриста!», «Вы обещали предъявить юриста перед голосованием!», «Вы узурпировали власть».

Мужчина в президиуме: Призываю к выборам президента. Кто за то, чтобы президентом...

Женщина в президиуме: Идет подсчет голосов!

ЗАТЕМНЕНИЕ. На заднике появляются ТИТРЫ.

За новоизбранного президента проголосовали 40 человек из 104, зарегистрировавшихся на собрании. Победу обеспечили 129 голосов, полученных кандидатом по итогам предварительного интернет-голосования [5]. Счетная комиссия, избранная лишь на собрании, ни подтвердить, ни опровергнуть эту цифру не могла.

На заднике надпись «ЭПИЛОГ».

Небольшой зал старого особняка на треть пуст. Оставшиеся продолжают кричать: «Юриста, юриста давайте!»

Мужчина в президиуме: Ну давайте не превращать наше собрание в балаган и в украинскую Верховную раду. Не надо этого делать! Мы все здравые люди! Голосуем! Кто за то, чтобы принять список нового президента с исполкомом и вице-президентами? Прошу «за»!

Голос из зала: Почему мы списком голосуем?

Новоизбранный президент: По кочану!

ЗАНАВЕС


[1] Общее собрание ПЕН-центра может дополнить предварительную повестку дня любым вопросом, относящимся к деятельности ПЕН-центра (Устав Русского ПЕН-центра, п. 5.1).

[2] Любое физическое лицо может получить копию устава организации, обратившись в Налоговую инспекцию. Выдача копии устава происходит в регистрационном или территориальном налоговом органе по месту постановки на учет организации в качестве налогоплательщика.

[3] Видимо, оговорка. До этого речь шла о трех пунктах устава.

[4] Мужчина в президиуме вновь пользуется усеченной версией устава.

[5] Имеется в виду голосование по электронной почте.

Комментарии

Новое в разделе «Литература»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

РуиныColta Specials
Руины 

Разрушенные храмы и их роль в российском пейзаже в фотопроекте Петра Антонова

18 января 201758150
Смотри и кайся Кино
Смотри и кайся  

Константин Шавловский обнаруживает у российских кинематографистов страх перед «новой религиозностью» и старается его развеять

17 января 201740990