18 марта 2016Искусство
85740

«Дело реставраторов» и дело реставрации

Один из эпизодов дела о хищениях в Министерстве культуры

текст: Светлана Прокопьева
Detailed_pictureИзборская крепость сразу после реставрации© Надежда Ченина

Министерство культуры удивило всех. Налогоплательщики, наверное, в шоке от того, какие суммы можно отмыть на реставрации памятников. Специалистов задело другое: пресс-служба Министерства культуры отпустила комплимент арестованному замминистра, заявив, что при Григории Пирумове реставрационная отрасль «достигла существенных успехов». Этот ритуальный реверанс сводит на нет шансы использовать скандал как повод разобраться с системными проблемами реставрации.

Идеальный кейс, через который легко понять, что не так с реставрацией, — юбилейные работы в Изборской крепости.

Старый Изборск — ровесник российской государственности, чье 1150-летие страна отметила в 2012 году. Юбилей — отличный повод потратиться, и на сельское поселение, где живет меньше тысячи человек, внезапно обрушился ливень многомиллионных бюджетных инвестиций. Правительство выделило на реставрацию крепости 330 млн рублей, на храмы и купеческие усадьбы — еще несколько десятков и еще 248 млн рублей — на ремонт дорог (части федеральной трассы до границы с Эстонией и нескольких улиц в Изборске). Дороги также имеют отношение к реставрации, поскольку вся территория Старого Изборска входит в состав историко-культурного и природно-ландшафтного заповедника.

Изборск и в нищете-то был прекрасен, а с такими деньжищами мог превратиться в рай на земле. Забегая вперед, скажем, что этого не случилось. Музей — да, обогатился новыми экспозициями, но для местных жителей не построили даже бани. Буквально все, к чему прилагались юбилейные деньги, обернулось скандалом. Расселение жилых домов в крепости сопровождалось смертью священника (отец Алексей Лопухин умер прямо на заседании федерального оргкомитета после споров с вице-премьером Александром Жуковым), асфальтирование дорог привело к подтоплению частных дворов, отреставрированные храмы через год пошли плесенью, ну а крепость — в центре уголовного дела.

В современной России почти всегда о памятниках вспоминают к юбилею.

Реставрация «по поводу» — залог негативного сценария. Когда нужно успеть к дате, а после даты можно забыть, качество работы теряет значение: достаточно красивой телекартинки. В современной России почти всегда о памятниках вспоминают к юбилею.

Изборской крепости в этом плане еще повезло: в наличии был готовый проект, выполненный архитекторами псковского филиала института «Спецпроектреставрация». Второй раз повезло, когда конкурс на первый транш в размере 30 млн рублей выиграла в 2011 году Реставрационная мастерская № 1 (РМ), псковская компания с большим опытом работы на памятниках архитектуры.

Эти две организации — проектный институт и строительная компания — близкие родственники: обе ведут историю с 1946 года, когда Юрий Павлович Спегальский создал реставрационную мастерскую в Пскове, чтобы восстанавливать разрушенные войной памятники. До того как в 1977 году из системы СНРПМ (специальные научно-реставрационные и производственные мастерские) был выделен в отдельную структуру институт «Спецпроектреставрация», проектировщики и строители (каменщики, плотники, кузнецы) работали рука об руку. Как стало понятно теперь, на примерах от противного, это лучший путь организации реставрационных работ: ремесленники работали под руководством ученых, для которых, в свою очередь, ремесленные практики служили одним из методов исследования памятника.

Церковь Сергия Радонежского и Никандра, 2016© Надежда Ченина

Этот первый год работы изборяне и специалисты до сих пор вспоминают тепло.

«Мы туда приезжали как на праздник», — рассказывает реставратор Владимир Никитин, ГАП «Спецпроектреставрации». Поначалу работать в Изборске подписался практически весь коллектив института. К концу проекта остались Владимир Евгеньевич и Галина Гофман.

В 2012 году на реставрацию выделялось уже 300 млн рублей, и, судя по содержанию координационных совещаний, главной заботой властей стало «эффективное освоение средств».

Это второе условие катастрофы: реставрационный проект подстраивается под лимит финансирования.

Так, в составе конкурсной документации на реставрацию крепости в Старом Изборске в сметный расчет оказались включены «стены Окольного города». Никакого «Окольного города» в Изборске нет, но он есть в Пскове — так называется последнее внешнее кольцо крепостных стен, проектная документация на которые также много лет пылится в запасниках «Спецпроектреставрации». Стены Окольного города обосновывают в составе изборской реставрации 24,8 млн рублей.

Третье и основное условие реставрационных проблем: нереальные сроки контрактов.

После зимнего перерыва Реставрационная мастерская № 1 и «Спецпроектреставрация» ждали нового конкурса и нового сезона работ. В апреле 2012 года РМ вывела на стройку более 10 бригад. Еще зимой, до весенней распутицы, компания завезла в крепость известняковую плиту, которой должно было хватить на всю весну, и, не дожидаясь подведения итогов конкурса, за свой счет продолжила работать.

«И вдруг мы узнаем, что Реставрационная мастерская не выиграла, — это был шок», — вспоминает Никитин.

Победа в конкурсе неожиданно досталась другой организации — и не кому-нибудь, а главному подрядчику Министерства культуры, ЗАО «БалтСтрой». Директор этой компании Дмитрий Сергеев теперь арестован по делу о хищениях. А владелец холдинга, которому принадлежит «БалтСтрой», — миллиардер Дмитрий Михальченко был задержан и допрошен в Санкт-Петербурге.

Псковские реставраторы, хоть и предложили лучшие условия, не были допущены к конкурсу из-за отсутствия действующей лицензии. Правда, лицензии на реставрационные работы Министерство культуры в то время не выдавало никому, и ту же претензию можно было с равным успехом предъявить и «БалтСтрою». Злые языки называют другую причину проигрыша: якобы РМ не смогла выплатить в Москву затребованный откат. Об этом прямым текстом, но не называя источник, писал в газете «Псковская губерния» оппозиционный политик Лев Шлосберг в 2013 году, вскоре после известия о возбуждении первого уголовного дела.

Церковь Николы с городища, 2015, после реставрации© Надежда Ченина

Для ЗАО «БалтСтрой», напротив, 300 млн рублей — это не те деньги, ради которых вообще стоило бы заходить в Псковскую область. Так что на 1150-летнем юбилее любимый подрядчик Минкульта получил еще несколько заказов: три храма и купеческая усадьба в Изборске и реконструкция Псковского академического театра драмы им. Пушкина (главная гордость губернатора Андрея Турчака) стоимостью 1,1 млрд рублей. В театре также теперь проходят проверки.

Третье и основное условие реставрационных проблем: нереальные сроки контрактов.

Расчетная продолжительность реставрационных работ в ансамбле Изборской крепости — 4,5 года. Особенность системы госзакупок в том, что финансирование выделяется на один календарный год и не переходит на следующий.

ЗАО «БалтСтрой» подписало контракт на Изборскую крепость в мае 2012 года. Срок исполнения — декабрь 2012 года. При этом первый месяц в Изборске просто менялись декорации (псковичи увозили свое имущество, питерцы завозили свое). Потом на контрасте с интенсивной работой РМ, когда «плита летела просто», Владимир Никитин наблюдал в крепости «два месяца тишины».

«Первые два месяца это был сплошной кошмар, потому что приехали из Белоруссии ребята, совершенно посторонние люди, с омерзительными прорабами. Эти ребята ничего не знали, что делать, они ничего не умели», — рассказывает реставратор.

Понимая масштаб, псковичи начинали работать на всех башнях и по всему периметру стены одновременно. «БалтСтрой», говорит Владимир Никитин, работал медленно: «Начали заниматься только одной башней, Темной, и участком южных прясел до пролома. И вот они мазали швы два месяца. Через два месяца они начали брать Рябиновку, которую псковские реставраторы сделали почти до верха. Привезли молотки, им закупили снабженцы: молотки, которые вообще не для камня, а для столярных и плотницких работ. Они не знали, какие нужны молотки».

Из Минкульта позвонили и потребовали лист заменить — написать, что работы выполнены в полном объеме.

К плите, которую Реставрационная мастерская заготовила себе на весну, бригады «БалтСтроя» подобрались только поздней осенью.

Выполнить за полгода объем работ на 300 млн рублей — в принципе, практически нереальная задача, но подобная история в реставрации не исключение, а общее правило. Это федеральные правила, общие для всех регионов России. Могла ли в таких условиях реставрационная отрасль достичь «существенных успехов» — вопрос риторический.

По договору авторского надзора, архитекторы должны были навещать объект раз в неделю. «Но когда ты через неделю приедешь и увидишь там такое… уже сделанное и застывшее, что уже ничего не исправишь, и будут волосы дыбом» — тогда Никитин и Гофман стали ездить в Изборск ежедневно.

В полную силу работа пошла, когда подошел конец контракта. Тогда «БалтСтрой» перекинул в Изборск опытные бригады, ранее работавшие в Кронштадте и Санкт-Петербурге.

В декабре 2012 года Минкульт оплатил ЗАО «БалтСтрой» полную стоимость контракта. Архитекторы и руководство «Спецпроектреставрации» подписали акты сдачи-приемки. В первом уголовном деле они поначалу тоже шли как подозреваемые.

«Мы должны были сдать журнал, в котором должно быть сфотографировано, как выглядит памятник после окончания работ, — рассказывает Владимир Евгеньевич. — А там ни одного места снять было нельзя, потому что работа была в самом разгаре!»

Решили выйти из ситуации следующим образом: последний лист журнала авторского надзора содержал рекомендации к дальнейшему продолжению работ. Из Минкульта позвонили и потребовали лист заменить — написать, что работы выполнены в полном объеме. Реставраторы выполнили распоряжение, предварительно сфотографировав оба варианта документа. Эти материалы теперь — в распоряжении следствия.

Изборская крепость сразу после реставрации© Надежда Ченина

Таким образом, в министерстве было прекрасно известно, что работы не закончены, но контракт считался исполненным. Добавим, что замминистра по вопросам экономики Константин Черепенников, который курировал реставрацию Изборской крепости и не раз приезжал на совещания в Псков, ушел из Министерства культуры по собственному желанию еще в сентябре 2012 г.

Владимир Никитин уверен, что решение подписать акт сдачи-приемки на тот момент было правильным — иначе, не получив денег, подрядчик мог просто уйти из Изборска, бросив проекта на середине.

«Вот если бы они получили деньги, все бросили и уехали, то меня можно было бы арестовывать, — говорит реставратор. — Но они работали еще 7 месяцев. Тяжело шло, но двигалось. Уже под самый конец взмолился руководитель проекта: я уже свои деньги трачу, сказал он, я больше так не могу».

Выиграв в 2013 году новые конкурсы, «БалтСтрой» постепенно ушел из Изборска, но не из Пскова. На нем еще висел миллиардный контракт по драмтеатру, в котором был кровно заинтересован глава Псковской области.

О возбуждении уголовного дела по факту превышения чиновниками Министерства культуры должностных полномочий при подготовке празднования 1150-летия основания Изборска стало известно 7 мая 2013 года. В тот же день губернатор Андрей Турчак провел совещание в Изборске, где требовал от руководства «БалтСтроя» довести работы до конца. Дмитрий Сергеев послушно кивал. Надо полагать, что на тот момент он, как и все сторонние наблюдатели, пребывал в полной уверенности, что «ничего такого» не произойдет.

Что характерно, претензий по поводу качества выполненных работ ему как руководителю подрядной организации до сих пор так и не предъявили. Следственные органы, как и чиновники, также интересуются только деньгами.

Главный виновник — это же Министерство культуры.

Между тем, главная потеря Изборска — не в рублях. По крайней мере, в этом уверены член Научно-методического совета Минкультуры, искусствовед Михаил Мильчик и его коллеги из петербургской «Спецпроектреставрации». По просьбам общественности они проинспектировали крепость зимой 2014 года и составили крайне негативное заключение о качестве проведенной реставрации. Впрочем, тогда выводы экспертов остались незамеченными.

Внимание к юбилейной реставрации вернулось в 2015 году, когда по весне зацвели храмы — на белой штукатурке Никольской церкви выступила зеленая плесень. Эксперты заподозрили нарушение технологии — вместо дистиллированной воды раствор развели водой из Городищенского озера. Областной комитет по охране наследия счел это гарантийным случаем и потребовал от «БалтСтроя» устранить дефект.

Летом прошлого года Никольскую церковь забелили. Этой весной, когда Изборск вновь оказался в центре внимания СМИ, «расцвели» Никольский собор и церковь Сергия Радонежского. Отличная иллюстрация к сюжетам о хищениях в Министерстве культуры.

Юбилейный пафос в начале, коррупционные скандалы в конце не дают по достоинству оценить итоги реставрации в Изборске. В ходе работ в крепости археологи и реставраторы сделали множество открытий, но результаты исследований до сих пор не введены в научный оборот. Успеть выпустить публикации Владимир Никитин, теперь ушедший на пенсию, считает своим «гражданским долгом».

Судьба Изборска, по его мнению, отражает общее состояние дел в современной реставрации. «Главный виновник — это же Министерство культуры, — считает Владимир Никитин. — Я даже не злюсь на “БалтСтрой”, потому что таких, как “БалтСтрой”, — легион. По одному шаблону все организации работают. И все это упирается в Министерство культуры — в тотальную коррупцию, в развал министерства, потому что функции Министерства культуры не в этом заключаются. Это не должна быть коммерческая структура, а она такая. Они развалили отрасль, и все это — ради бабла».

Комментарии

Новое в разделе «Искусство»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте