18 марта 2016Искусство
83560

«Дело реставраторов» и дело реставрации

Один из эпизодов дела о хищениях в Министерстве культуры

текст: Светлана Прокопьева
Detailed_pictureИзборская крепость сразу после реставрации© Надежда Ченина

Министерство культуры удивило всех. Налогоплательщики, наверное, в шоке от того, какие суммы можно отмыть на реставрации памятников. Специалистов задело другое: пресс-служба Министерства культуры отпустила комплимент арестованному замминистра, заявив, что при Григории Пирумове реставрационная отрасль «достигла существенных успехов». Этот ритуальный реверанс сводит на нет шансы использовать скандал как повод разобраться с системными проблемами реставрации.

Идеальный кейс, через который легко понять, что не так с реставрацией, — юбилейные работы в Изборской крепости.

Старый Изборск — ровесник российской государственности, чье 1150-летие страна отметила в 2012 году. Юбилей — отличный повод потратиться, и на сельское поселение, где живет меньше тысячи человек, внезапно обрушился ливень многомиллионных бюджетных инвестиций. Правительство выделило на реставрацию крепости 330 млн рублей, на храмы и купеческие усадьбы — еще несколько десятков и еще 248 млн рублей — на ремонт дорог (части федеральной трассы до границы с Эстонией и нескольких улиц в Изборске). Дороги также имеют отношение к реставрации, поскольку вся территория Старого Изборска входит в состав историко-культурного и природно-ландшафтного заповедника.

Изборск и в нищете-то был прекрасен, а с такими деньжищами мог превратиться в рай на земле. Забегая вперед, скажем, что этого не случилось. Музей — да, обогатился новыми экспозициями, но для местных жителей не построили даже бани. Буквально все, к чему прилагались юбилейные деньги, обернулось скандалом. Расселение жилых домов в крепости сопровождалось смертью священника (отец Алексей Лопухин умер прямо на заседании федерального оргкомитета после споров с вице-премьером Александром Жуковым), асфальтирование дорог привело к подтоплению частных дворов, отреставрированные храмы через год пошли плесенью, ну а крепость — в центре уголовного дела.

В современной России почти всегда о памятниках вспоминают к юбилею.

Реставрация «по поводу» — залог негативного сценария. Когда нужно успеть к дате, а после даты можно забыть, качество работы теряет значение: достаточно красивой телекартинки. В современной России почти всегда о памятниках вспоминают к юбилею.

Изборской крепости в этом плане еще повезло: в наличии был готовый проект, выполненный архитекторами псковского филиала института «Спецпроектреставрация». Второй раз повезло, когда конкурс на первый транш в размере 30 млн рублей выиграла в 2011 году Реставрационная мастерская № 1 (РМ), псковская компания с большим опытом работы на памятниках архитектуры.

Эти две организации — проектный институт и строительная компания — близкие родственники: обе ведут историю с 1946 года, когда Юрий Павлович Спегальский создал реставрационную мастерскую в Пскове, чтобы восстанавливать разрушенные войной памятники. До того как в 1977 году из системы СНРПМ (специальные научно-реставрационные и производственные мастерские) был выделен в отдельную структуру институт «Спецпроектреставрация», проектировщики и строители (каменщики, плотники, кузнецы) работали рука об руку. Как стало понятно теперь, на примерах от противного, это лучший путь организации реставрационных работ: ремесленники работали под руководством ученых, для которых, в свою очередь, ремесленные практики служили одним из методов исследования памятника.

Церковь Сергия Радонежского и Никандра, 2016© Надежда Ченина

Этот первый год работы изборяне и специалисты до сих пор вспоминают тепло.

«Мы туда приезжали как на праздник», — рассказывает реставратор Владимир Никитин, ГАП «Спецпроектреставрации». Поначалу работать в Изборске подписался практически весь коллектив института. К концу проекта остались Владимир Евгеньевич и Галина Гофман.

В 2012 году на реставрацию выделялось уже 300 млн рублей, и, судя по содержанию координационных совещаний, главной заботой властей стало «эффективное освоение средств».

Это второе условие катастрофы: реставрационный проект подстраивается под лимит финансирования.

Так, в составе конкурсной документации на реставрацию крепости в Старом Изборске в сметный расчет оказались включены «стены Окольного города». Никакого «Окольного города» в Изборске нет, но он есть в Пскове — так называется последнее внешнее кольцо крепостных стен, проектная документация на которые также много лет пылится в запасниках «Спецпроектреставрации». Стены Окольного города обосновывают в составе изборской реставрации 24,8 млн рублей.

Третье и основное условие реставрационных проблем: нереальные сроки контрактов.

После зимнего перерыва Реставрационная мастерская № 1 и «Спецпроектреставрация» ждали нового конкурса и нового сезона работ. В апреле 2012 года РМ вывела на стройку более 10 бригад. Еще зимой, до весенней распутицы, компания завезла в крепость известняковую плиту, которой должно было хватить на всю весну, и, не дожидаясь подведения итогов конкурса, за свой счет продолжила работать.

«И вдруг мы узнаем, что Реставрационная мастерская не выиграла, — это был шок», — вспоминает Никитин.

Победа в конкурсе неожиданно досталась другой организации — и не кому-нибудь, а главному подрядчику Министерства культуры, ЗАО «БалтСтрой». Директор этой компании Дмитрий Сергеев теперь арестован по делу о хищениях. А владелец холдинга, которому принадлежит «БалтСтрой», — миллиардер Дмитрий Михальченко был задержан и допрошен в Санкт-Петербурге.

Псковские реставраторы, хоть и предложили лучшие условия, не были допущены к конкурсу из-за отсутствия действующей лицензии. Правда, лицензии на реставрационные работы Министерство культуры в то время не выдавало никому, и ту же претензию можно было с равным успехом предъявить и «БалтСтрою». Злые языки называют другую причину проигрыша: якобы РМ не смогла выплатить в Москву затребованный откат. Об этом прямым текстом, но не называя источник, писал в газете «Псковская губерния» оппозиционный политик Лев Шлосберг в 2013 году, вскоре после известия о возбуждении первого уголовного дела.

Церковь Николы с городища, 2015, после реставрации© Надежда Ченина

Для ЗАО «БалтСтрой», напротив, 300 млн рублей — это не те деньги, ради которых вообще стоило бы заходить в Псковскую область. Так что на 1150-летнем юбилее любимый подрядчик Минкульта получил еще несколько заказов: три храма и купеческая усадьба в Изборске и реконструкция Псковского академического театра драмы им. Пушкина (главная гордость губернатора Андрея Турчака) стоимостью 1,1 млрд рублей. В театре также теперь проходят проверки.

Третье и основное условие реставрационных проблем: нереальные сроки контрактов.

Расчетная продолжительность реставрационных работ в ансамбле Изборской крепости — 4,5 года. Особенность системы госзакупок в том, что финансирование выделяется на один календарный год и не переходит на следующий.

ЗАО «БалтСтрой» подписало контракт на Изборскую крепость в мае 2012 года. Срок исполнения — декабрь 2012 года. При этом первый месяц в Изборске просто менялись декорации (псковичи увозили свое имущество, питерцы завозили свое). Потом на контрасте с интенсивной работой РМ, когда «плита летела просто», Владимир Никитин наблюдал в крепости «два месяца тишины».

«Первые два месяца это был сплошной кошмар, потому что приехали из Белоруссии ребята, совершенно посторонние люди, с омерзительными прорабами. Эти ребята ничего не знали, что делать, они ничего не умели», — рассказывает реставратор.

Понимая масштаб, псковичи начинали работать на всех башнях и по всему периметру стены одновременно. «БалтСтрой», говорит Владимир Никитин, работал медленно: «Начали заниматься только одной башней, Темной, и участком южных прясел до пролома. И вот они мазали швы два месяца. Через два месяца они начали брать Рябиновку, которую псковские реставраторы сделали почти до верха. Привезли молотки, им закупили снабженцы: молотки, которые вообще не для камня, а для столярных и плотницких работ. Они не знали, какие нужны молотки».

Из Минкульта позвонили и потребовали лист заменить — написать, что работы выполнены в полном объеме.

К плите, которую Реставрационная мастерская заготовила себе на весну, бригады «БалтСтроя» подобрались только поздней осенью.

Выполнить за полгода объем работ на 300 млн рублей — в принципе, практически нереальная задача, но подобная история в реставрации не исключение, а общее правило. Это федеральные правила, общие для всех регионов России. Могла ли в таких условиях реставрационная отрасль достичь «существенных успехов» — вопрос риторический.

По договору авторского надзора, архитекторы должны были навещать объект раз в неделю. «Но когда ты через неделю приедешь и увидишь там такое… уже сделанное и застывшее, что уже ничего не исправишь, и будут волосы дыбом» — тогда Никитин и Гофман стали ездить в Изборск ежедневно.

В полную силу работа пошла, когда подошел конец контракта. Тогда «БалтСтрой» перекинул в Изборск опытные бригады, ранее работавшие в Кронштадте и Санкт-Петербурге.

В декабре 2012 года Минкульт оплатил ЗАО «БалтСтрой» полную стоимость контракта. Архитекторы и руководство «Спецпроектреставрации» подписали акты сдачи-приемки. В первом уголовном деле они поначалу тоже шли как подозреваемые.

«Мы должны были сдать журнал, в котором должно быть сфотографировано, как выглядит памятник после окончания работ, — рассказывает Владимир Евгеньевич. — А там ни одного места снять было нельзя, потому что работа была в самом разгаре!»

Решили выйти из ситуации следующим образом: последний лист журнала авторского надзора содержал рекомендации к дальнейшему продолжению работ. Из Минкульта позвонили и потребовали лист заменить — написать, что работы выполнены в полном объеме. Реставраторы выполнили распоряжение, предварительно сфотографировав оба варианта документа. Эти материалы теперь — в распоряжении следствия.

Изборская крепость сразу после реставрации© Надежда Ченина

Таким образом, в министерстве было прекрасно известно, что работы не закончены, но контракт считался исполненным. Добавим, что замминистра по вопросам экономики Константин Черепенников, который курировал реставрацию Изборской крепости и не раз приезжал на совещания в Псков, ушел из Министерства культуры по собственному желанию еще в сентябре 2012 г.

Владимир Никитин уверен, что решение подписать акт сдачи-приемки на тот момент было правильным — иначе, не получив денег, подрядчик мог просто уйти из Изборска, бросив проекта на середине.

«Вот если бы они получили деньги, все бросили и уехали, то меня можно было бы арестовывать, — говорит реставратор. — Но они работали еще 7 месяцев. Тяжело шло, но двигалось. Уже под самый конец взмолился руководитель проекта: я уже свои деньги трачу, сказал он, я больше так не могу».

Выиграв в 2013 году новые конкурсы, «БалтСтрой» постепенно ушел из Изборска, но не из Пскова. На нем еще висел миллиардный контракт по драмтеатру, в котором был кровно заинтересован глава Псковской области.

О возбуждении уголовного дела по факту превышения чиновниками Министерства культуры должностных полномочий при подготовке празднования 1150-летия основания Изборска стало известно 7 мая 2013 года. В тот же день губернатор Андрей Турчак провел совещание в Изборске, где требовал от руководства «БалтСтроя» довести работы до конца. Дмитрий Сергеев послушно кивал. Надо полагать, что на тот момент он, как и все сторонние наблюдатели, пребывал в полной уверенности, что «ничего такого» не произойдет.

Что характерно, претензий по поводу качества выполненных работ ему как руководителю подрядной организации до сих пор так и не предъявили. Следственные органы, как и чиновники, также интересуются только деньгами.

Главный виновник — это же Министерство культуры.

Между тем, главная потеря Изборска — не в рублях. По крайней мере, в этом уверены член Научно-методического совета Минкультуры, искусствовед Михаил Мильчик и его коллеги из петербургской «Спецпроектреставрации». По просьбам общественности они проинспектировали крепость зимой 2014 года и составили крайне негативное заключение о качестве проведенной реставрации. Впрочем, тогда выводы экспертов остались незамеченными.

Внимание к юбилейной реставрации вернулось в 2015 году, когда по весне зацвели храмы — на белой штукатурке Никольской церкви выступила зеленая плесень. Эксперты заподозрили нарушение технологии — вместо дистиллированной воды раствор развели водой из Городищенского озера. Областной комитет по охране наследия счел это гарантийным случаем и потребовал от «БалтСтроя» устранить дефект.

Летом прошлого года Никольскую церковь забелили. Этой весной, когда Изборск вновь оказался в центре внимания СМИ, «расцвели» Никольский собор и церковь Сергия Радонежского. Отличная иллюстрация к сюжетам о хищениях в Министерстве культуры.

Юбилейный пафос в начале, коррупционные скандалы в конце не дают по достоинству оценить итоги реставрации в Изборске. В ходе работ в крепости археологи и реставраторы сделали множество открытий, но результаты исследований до сих пор не введены в научный оборот. Успеть выпустить публикации Владимир Никитин, теперь ушедший на пенсию, считает своим «гражданским долгом».

Судьба Изборска, по его мнению, отражает общее состояние дел в современной реставрации. «Главный виновник — это же Министерство культуры, — считает Владимир Никитин. — Я даже не злюсь на “БалтСтрой”, потому что таких, как “БалтСтрой”, — легион. По одному шаблону все организации работают. И все это упирается в Министерство культуры — в тотальную коррупцию, в развал министерства, потому что функции Министерства культуры не в этом заключаются. Это не должна быть коммерческая структура, а она такая. Они развалили отрасль, и все это — ради бабла».

Комментарии

Новое в разделе «Искусство»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Долгие дорогиColta Specials
Долгие дороги 

Чешский фотограф Мартин Вагнер проехал от Украины до Сахалина, чтобы понять, как живут люди на территории бывшего СССР

22 июня 201617510