15 декабря 2017Театр
131860

Чистая перемена

Почему дело «Седьмой студии» — политическое

текст: Софья Дымова
Detailed_picture© Артем Геодакян / ТАСС

Подводя итоги 2017 года, Ассоциация театральных критиков (АТК) назвала «Человеком года» бывшего генерального продюсера «Седьмой студии» Алексея Малобродского, задержанного правоохранительными органами в июне. На 26 декабря Мосгорсуд назначил заседание по изменению меры пресечения другому фигуранту громкого процесса — директору РАМТа Софье Апфельбаум, обвиняемой в мошенничестве в особо крупном размере. О политической подоплеке дела «Седьмой студии» — Софья Дымова.

1.

24 марта 2011 года президент РФ Дмитрий Медведев посетил Мультимедиа Арт Музей, где обсудил с деятелями культуры вопросы государственной поддержки развития современного искусства. Театральный цех представляли Василий Бархатов, Елена Гремина и Кирилл Серебренников. Бархатов говорил о невостребованности молодых российских композиторов на родине, Гремина — о необходимости поддержки государством независимых театральных компаний, Серебренников — о невозможности междисциплинарного поиска на территории репертуарного театра.

По итогам той памятной встречи Медведевым были поддержаны три инициативы — «Опергруппа» Василия Бархатова, «Платформа» Кирилла Серебренникова и придуманная «Театром.doc» программа «Театр плюс общество». В том же 2011 году Минкульт получил от премьер-министра Владимира Путина распоряжение профинансировать эти проекты — целевым образом, в обход конкурсов, которые только что были признаны обязательными во всех областях, в том числе и в сфере культуры.

В отношении «Платформы» был создан позволявший избежать конкурсов прецедент финансирования на основании авторского права на проект и его методику — он зафиксирован в постановлении правительства РФ от 28 декабря 2011 года и подписан Владимиром Путиным. Теперь к подобной формулировке прибегают, чтобы финансировать, скажем, фестиваль «Территория» и другие схожие проекты. Далее возглавлявшей театральный департамент Минкульта Софье Апфельбаум совместно с авторами концепции «Платформы» предстояло разработать технические задания и финансировать их — что она и сделала, исполняя поручение правительства. Организаторы «Платформы» создали юридическое лицо — АНО «Седьмая студия», именно с ним и заключал договоры Минкульт.

2.

В мае 2012 года, после президентских выборов, дипломата Александра Авдеева на посту главы Минкульта сменил историк Владимир Мединский. Осенью того же года Владимир Путин провозгласил на Валдае политику смены элит.

Смену элит в театральном блоке новый министр культуры начал с радикального обновления экспертных советов, оценивавших грантовые заявки на конкурс по поддержке современной драматургии, молодой режиссуры и инновации, — соответствующий приказ был подписан первым заместителем министра культуры Владимиром Аристарховым. В ставшей рупором политики Мединского газете «Культура» вскоре после этого вышел резонансный материал «Минкульт предупреждает: современное искусство может быть опасно для здоровья россиян», клеймящий предыдущие составы экспертных советов и сигнализирующий о том, что в предыдущие годы «бюджетные средства тратились на чернуху, матерщину, порнографию, на бездарное шаманство под вывеской инноваций — на все, что развращает зрителя, вгоняет его в депрессию, убивает в человеке живые чувства, создает образ России как страны унылой и бесперспективной».

Софья Апфельбаум, пригласившая к сотрудничеству экспертов-развратников, была уволена из Минкульта в октябре 2014 года. Вместе с ее уходом получили отставку АНО и другие негосударственные организации — финансовые операторы различных проектов по поддержке современного искусства. На программах и инициативах, поддерживавшихся прежде, был поставлен крест. «Опергруппа» прекратила существование после первого успешного года работы, проект «Театр плюс общество» был переформатирован новым финансовым оператором, фондом «Столица». Рассчитанная на три года «Платформа» не слишком приходилась по душе министру Мединскому, но Минкульт обязан был выполнять постановление правительства и вынужден был продолжать финансирование.

Минкульт использует дело «Седьмой студии» с его якобы экономической подоплекой в откровенно политических целях — для смены элит в культуре.

3.

В минувшем мае, когда Следственный комитет завел дело о хищениях «Седьмой студией» бюджетных средств, Минкульт признал себя пострадавшей стороной — чего, кажется, не делал никогда прежде. В день, когда у Кирилла Серебренникова проходили обыски, в Москве открывался Чеховский фестиваль, на пресс-конференции которого замминистра Александр Журавский заявил, что не в его компетенции комментировать деятельность следственных органов. Между тем уже осенью стало известно, что Андрей Малышев, который занял в 2014 году место руководителя департамента государственной поддержки искусства и народного творчества, сменив на этом посту Софью Апфельбаум, дал против нее показания в Следственном комитете, — а это уже прямое доказательство того, что Минкульт использует дело «Седьмой студии» с его якобы экономической подоплекой в откровенно политических целях — для смены элит в культуре.

4.

Окончившая ГИТИС и защитившая кандидатскую диссертацию на тему «Связи с общественностью в театре», Софья Апфельбаум была приглашена в Минкульт в 2006 году. Ведомством тогда де-юре руководил Александр Соколов, но всей программной архитектурой Минкульта фактически ведал председатель Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаил Швыдкой.

Деятельность Минкульта в те годы резюмировалась двумя направлениями — сохранением наследия (памятники, музеи, библиотеки) и развитием театра и других исполнительских искусств. Подопечные Соколова и Швыдкого проводили политику асфальтирования дорожек, протоптанных художниками и обществом: любая творческая инициатива, которая показывала свое устойчивое развитие (скажем, новая драма), начинала поддерживаться властями. Именно так возникли пресловутые гранты по поддержке современной драматургии, инновации и молодой режиссуры, о якобы неправомочном распределении которых писала «Культура».

Министр культуры изредка выступал арбитром в спорных вопросах вроде строительства Охта-центра, но в целом ведомство молчаливо и деятельно поддерживало долгосрочные и устойчивые инициативы. Особый упор делался на отчетности: по части дополнительных субсидий театральный департамент Минкульта работал только с теми негосударственными организациями, чей менеджмент был профессиональным и чьи отчеты были безупречными. Неукоснительное правило для всех театральных творцов и продюсеров звучало примерно так: если у тебя чудесный потенциал, но ты не умеешь в рамках закона распоряжаться деньгами, ты их не получишь.

5.

Общественный договор в сфере культуры, который должно было осуществлять министерство, заключался по преимуществу во встречах власти с художниками и сотрудничестве в части распределения грантовых (дополнительных) средств на основе конкурсов с привлечением независимых экспертов.

Однако вскоре власти отказались от мысли об общественном договоре и приняли решение о создании директивы — «Основ государственной культурной политики», идея которой возникла в ходе заседания президентского Совета по культуре и искусству в ноябре 2013 года. Документ, утвержденный в 2014 году президентским указом, зафиксировал новый, консервативный, курс страны в сфере культуры. Закон о культуре, принятый одновременно с Конституцией РФ, настолько расходится с практикой применения, что о нем невозможно говорить как о реально существующем, — так что «Основы» должны были стать базой для создания нового культурного законодательства. Работа над ним тихой сапой продолжается все последние годы — что показательно, без каких-либо общественных или профессиональных дискуссий, под влиянием одних лишь кулуарных игр и борьбы интересов.

6.

Весной 2015 года первый заместитель министра культуры Владимир Аристархов выступил с жесткой критикой крупнейшего и самого авторитетного в стране театрального фестиваля «Золотая маска», обвинив организаторов форума в последовательной пропаганде спектаклей, «провоцирующих общество, очевидно содержащих элементы русофобии, презрение к истории нашей страны и сознательно выходящих за нравственные рамки» и усомнившись в необходимости финансирования фестиваля госбюджетом. В финале своего выступления Аристархов предложил театральному сообществу ответить на вопрос: «С кем вы, мастера культуры? С народом или против народа?»

Альтернативу «Золотой маске» подопечным Владимира Мединского удалось подыскать только к осени нынешнего года, когда в Москве впервые прошла биеннале театрального искусства «Уроки режиссуры», финансируемая Минкультом и курируемая его конфидентами из театрально-критического цеха Мариной Токаревой и Ольгой Егошиной. Колосс на глиняных ногах, не отличающийся ни оригинальной концепцией, ни хотя бы внятной методологией или прозрачностью программного отбора, «Уроки режиссуры» между тем вполне недвусмысленно призваны консолидировать театральные силы, жаждущие реванша. Символично, что программу фестиваля обнародовали аккурат в те дни, когда была объявлена преступной «Платформа», ставшая точкой сборки художественных элит начала 2010-х.

7.

В театре существует понятие «чистая перемена» — смена или перестановка декораций, производящаяся в максимально короткий срок без закрытия занавеса, на глазах у публики.

Экономическое с виду дело «Седьмой», вершащееся сегодня как политический процесс, — пускай трагический, но лишь один из эпизодов глобальной «чистой перемены», осуществляющейся в последние годы в отечественной культуре в рамках консервативного поворота. Зачастую его реализуют те же самые люди, которые в свое время были пионерами культурной модернизации.

В рамках нового курса партии и правительства люди и репутации уничтожаются любыми средствами, а обвинение в экономическом преступлении, как известно, — самое эффективное средство в подобной борьбе. Чистка рядов должна быть завершена, по идее, к выборам.

Осталось лишь вынести обвинительные приговоры.

Комментарии

Новое в разделе «Театр»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

Хорватия все еще в огнеМосты
Хорватия все еще в огне 

Как неразрешенные вопросы прошлого разрывают на части хорватское общество — и все-таки что хорошего может извлечь из опыта Хорватии Донбасс?

19 июня 201823240