23 декабря 2013Современная музыка
71620

Fruktы: «Напишите, что мы стоим миллион!»

Почему самая востребованная российская кавер-группа не может выпустить собственную пластинку

текст: Радиф Кашапов

Санкт-петербургская группа Fruktы появляется пять раз в неделю в программе «Вечерний Ургант» на Первом канале — играют отбивки, попурри из знаменитых мелодий и аккомпанируют выступлениям звездных гостей. Самая востребованная на эти новогодние праздники кавер-группа России практически живет в телецентре «Останкино», а также успевает играть бесчисленные концерты на заказниках и появляться в самых неожиданных проектах. Вокалистки Fruktов Саша Даль (она же — художественный руководитель) и Мими рассказывают, каково им петь перед жующими людьми и почему группа не торопится записывать пластинку с собственными песнями.

© Fruktы

— Вы начали с того, что играли акустику в ресторанах, верно? Как это произошло?

Саша Даль: Я познакомилась с Арамом Мнацакановым, шеф-поваром и отцом ресторанной сети Probka Family. Нам захотелось сделать что-нибудь вместе. На тот момент я не имела никакого отношения к ресторанам и, честно говоря, даже не собиралась иметь, а Арам при первом же знакомстве сказал, что не любит громкую музыку, но тут же обронил, что видел ребят во Франции, играющих без электричества, и, мол, у него есть музыканты, которые время от времени играют в его заведениях, но несколько не то и не так, как бы хотелось. Я познакомилась с ребятами, у всех серьезное музыкальное образование за плечами — все они работали на постоянной основе в Александринском театре. В состав группы входили флейта, виолончель, конги, контрабас, аккордеон и гитара, и для меня это была настоящая находка, поскольку мне бы никогда не пришло в голову, что таким составом можно играть популярную музыку.

Эксперимент удался: мы отыграли два года в этом составе и стали популярными в узких кругах. Но было два серьезных минуса. Большинство классических музыкантов относятся к популярной музыке с пренебрежением. Первый минус был в отношении! Мне было очень сложно работать изо дня в день с людьми, которые нашу совместную работу называли халтурой. И ведь знаете что странно — над каждой песней мы работали с ними не меньше двух недель, поскольку ребята привыкли играть всю жизнь по нотам и с таким делом, как импровизация, были знакомы, увы, лишь в теории, как и большинство «классиков». Как можно назвать каждодневные многочасовые репетиции халтурой? Я до сих пор понять не могу. Однажды мне пришлось смириться с тем, что развиваться мы дальше не будем, а значит — работать больше не над чем. Мне стало неинтересно. А значит, нужно идти дальше. Тем более что второй минус заключался в том, что в этом составе пели всего два человека из семи, и за эти же два года мне приходилось петь в слишком высокой для меня тесситуре.

— Что было дальше?

Саша Даль: Было жалко потраченного времени, но недолго. Ровно через сутки мне позвонили ребята, с которыми мы учились в одной школе, — Костя Ионочкин и Леша Елесин — и предложили спеть вместе с ними на фестивале Cover Party. Мы отрепетировали в их гараже песню (репетиция шла вместо привычных для меня двух недель ровно два часа) и спели ее со сцены нежно любимого нами с тех пор клуба «Космонавт». Таким образом, первым кавером нынешнего состава группы стала любимая многими «Don't Wanna Miss a Thing» группы Aerosmith. На том выступлении я впервые в жизни почувствовала то, что должны испытывать все музыканты мира, играющие на одной сцене изо дня в день. Это такая связь, которую сложно описать, но смысл в том, что вы становитесь одним организмом, вдох у вас на всех один и выдох... Это удивительное чувство — найти своего! Зал был в полном восторге от нашего выступления, хотя исполнение было на тот момент весьма обычным. На сцене-то стояло всего лишь трое из семи участников будущего состава группы. Дело было в энергетике!

А может, мы напишем мегапесню — ее возьмут во все фильмы, перепоют все рок-звезды.

На следующий же день я предложила ребятам бросить все, чем они сейчас заняты, и попробовать поработать со мной. Несмотря на то что оба на тот момент работали в офисах, по вечерам занимались своей авторской группой «Война поэтов», которой они были верны на протяжении многих лет, они согласились. Неделя ушла на то, чтобы собрать остальных музыкантов: Мими, с которой мы очень дружили в музыкальной десятилетке, Константина Колешонка — я много о нем слышала и знала, что он один из лучших в Питере, Диего (глядя на него, многие оставляли свою профессию, покупали кахон и пропадали из поля зрения), Вадима Харитонова (самый старший сын полка, сохранивший за собой место в коллективе с первого состава); и приблизительно месяц, чтобы отрепетировать полноценную программу. Мы сходили в магазин, оделись, постриглись, побрились и через полтора месяца предстали перед знакомой мне публикой.

Мими: Никто не знал, к чему мы идем. Для всех нас было странным петь перед жующей публикой. Не то чтобы никто до этого момента никогда не употреблял пищу в момент наших выступлений, но все мы стояли так или иначе на сценах, иногда даже на очень больших сценах, а тут пришлось сблизиться с публикой как никогда и буквально смотреть ей в рот. Мы пели для большинства наших первых зрителей на расстоянии метра. К таким переменам привыкнуть нелегко. Каждый из нас где только не пел к моменту нашего воссоединения. Я вот и в подземном переходе с удовольствием выступала, но даже там расстояния до слушателя более гуманные.

Саша Даль: Я предложила всем расслабиться: «Давайте представим, что мы цыгане». Вот уж кто привык к таким обстоятельствам. И — сработало! Через совсем небольшое количество времени нам уже было все равно — где и как петь. Главное, чтобы перед нами сидела хотя бы пара человек, но если тысяча, то тоже отлично. Нам стала важна только одна вещь — быть вместе. Петь вместе.

— Потом к вам пришел Шнур, вы с ним сняли видео на «Русский рок».

Мими: Он пришел не к нам. Он пришел в «Пробку» перекусить. А там мы — такие разгоряченные и веселые. Думаю, он попросту узнал в нас себя самого. Видимо, поутру это чувство Сережу не покинуло, и он набрал Сашин номер. Предложил подъехать к нему на студию. Мы тут же ломанулись. Сели, выпили — ну и сразу же записали пару песен.

Саша Даль: Я прихватила как бы случайно свою сестру Маракешу (это ее псевдоним как фотографа), которая тут же сняла ролик. Сестра у меня вообще дико креативная. В общем, так мы и полюбили с Сережей друг друга и сейчас очень радуемся, когда пересекаемся на гастролях вместе. У нас к нему особая любовь.


— Как вы попали на Первый канал?

Саша Даль: Сейчас мы развеем слухи. Говорят, что нас на Первый канал привел Никита Сергеевич Михалков. А мы его видели-то пару раз в жизни в той же «Пробке». А было все так. В декабре 2011 года у нас было много «Елок», концертов 20, большая часть — в Москве. И мы раз 15 пересекались с Ваней Ургантом, который эти «Елки» вел. Мы тогда продолжали играть в основном unplugged. Ваня нас заметил, но приглашать никуда не думал. Но у Вани есть музыкальный соратник, он же, к слову, соратник Земфиры, — Павло Шевчук, единственный в своем роде музыкальный продюсер. Он-то и посоветовал Ване взять нас в свое шоу, показав на том же самом YouTube наши электрические выступления. Ваня посмотрел и предложил нам попробовать сделать музыкальные зарисовки наподобие тех, что сейчас и звучат в эфире. Посоветовал посмотреть в интернете шоу Дэвида Леттермана, Джимми Фэллона, как там все происходит, дал приблизительные названия рубрик, и мы стали готовиться. Подошли к вопросу серьезно и в кратчайшие сроки постарались показать все, на что мы способны. В тот же период познакомились поближе с Олегом Беловым (клавишник Fruktов) и сделали около 50 демо-версий. Ваня решил рискнуть и попробовать запустить шоу с нашим участием. Мы даже о деньгах не спрашивали. Я просто ребятам сказала: у Вани хороший музыкальный вкус, благодаря его шоу на Первом может появиться что-то, непохожее на все остальное. Обычно в музыкальных программах творится ретро-«Огонек». Русская душа требует ностальгии, так уж мы устроены. А здесь у нас появилась возможность играть западную музыку, «открывать» ее для других и для самих себя заново. Мы сейчас слушаем огромное количество совершенно разной музыки — все, что в мире происходит. Постоянно стараемся удивлять.

— У вас ведь есть еще и альбом.

Мими: У нас нет альбома. Есть отчетный диск с каверами и несколькими своими песнями — для друзей и себя. Чтобы его продавать, нужно очищать права. В нашей стране это не так просто, как за рубежом, когда ты отдаешь диск на лейбл, а потом отчисляешь по два доллара с каждого проданного диска за авторские права. У нас же нужно заплатить единовременно 20 000 евро, к примеру, за «Billy Jean». С концертами проще, клубы сами отнимают от нашего заработка процент и отдают его в РАО. Но в сети легально мы ничего продавать не можем. Готовы уже отдать треки бесплатно в iTunes, если они самостоятельно очистят права.

— Вы все играете вживую?

Саша Даль: А как еще? Живее не придумаешь, ведь нам нужно каждую передачу придумывать что-то новое. Под каждого гостя на программе своя музыка. Либо она связана с тем, что любит слушать сам гость, либо же это музыка, так или иначе связанная с его творчеством или с его профессиональной деятельностью. К каждому гостю персональный подход.

Группа Fruktы встречает Диану Арбенину песней «Dirty Diana»


— Как проходит ваш день на телевидении?

Саша Даль: Каждое утро я прихожу на летучку, где мне вручают окончательную верстку передачи. Приходят ребята, и мы начинаем репетировать. До шоу у нас есть 2—2,5 часа, чтобы придумать все музыкальное оформление. Слава богу, репетиционная точка у нас находится прямо в «Останкино», иначе мы бы ничего не успевали. Потом у нас грим. После грима мы репетируем все, что напридумывали, непосредственно на сцене «Вечернего Урганта». Дальше мы переодеваемся, запуск зрителей, и прямо перед тем, как к публике выйдет Ваня, мы поем несколько песен. В канун Нового года, к примеру, мы поем новогоднее попурри.

— А когда вы аккомпанируете, скажем, Пугачевой — тоже репетируете в маленькой комнатке?

Мими: Сначала сами, потом перед шоу быстро прогоняем. Алла Борисовна — опытная певица. Не забывала слова и не опаздывала на репетицию на два часа, как позволяли себе некоторые «зеленые» артисты. Вообще нам особенную радость приносят совместные выступления с кем-то. Всегда интересно — что получится в итоге. Говорят, что такие музыкальные номера самые рейтинговые, отчего радостно вдвойне.

Алла Пугачева на «Вечернем Урганте»


— То есть вы можете сыграть на «Первом» что угодно?

Мими: В целом — да!

— Раньше журналист Борис Барабанов занимался подбором музыкальных гостей, и на передаче происходили удивительные вещи — например, выступали Джонни Роттен в костюме зэка и Public Image Limited.

Саша Даль: И сейчас все заявки рассматриваются. Но здесь важна золотая середина. В «Вечернем Урганте» может появиться никому не известный проект. Но он должен быть проверенным. Он должен быть качественным. Боря часто переживал в связи с тем, что артистов приходилось убирать из эфира прямо в день съемок, а все из-за того, что присылают «вылизанную» студийную запись, которая звучит очень даже интересно, следует приглашение, все счастливы, как вдруг ты понимаешь, что на сцене, к примеру, совсем другой состав или же просто группа вчера распалась и солист привел с собой вместо бэнда своего друга-гитариста, который утешал того всю ночь, мол, я с тобой, мы им еще покажем! В итоге показывают только нам и, мягко говоря, совсем не тот результат, с которым можно показываться на центральном телевидении.

— Насколько вам помог телевизор? Вот малоизвестные певцы поют в «Голосе», и у них сразу — шквал концертов.

Саша Даль: Участники «Голоса» поют песни. Цельные произведения. Мы же играем отбивки. Мало кто знает, что мы очень поющий коллектив, что играем достаточно популярную музыку на свой манер. Наше творчество распространяется в основном «сарафанным радио», как и до шоу. Просто теперь благодаря телевизору люди не спрашивают, кто это, и, будучи заинтригованными, заходят в интернет и удивляются, что Fruktы, оказывается, еще и вон как могут. С тех пор как мы являемся резидентами «Вечернего Урганта», нас приглашают на другие, как музыкальные, так и не очень, каналы с завидной частотой и с нашими авторскими песнями, но вся беда в том, что у нас нет времени сниматься где-то еще. Постоянное пересечение графиков.

— Зачем вы поехали выступать на «Новую волну»? Это же не ваша тема.

Саша Даль: Мы хотели поменять обстановку. Не хотели расставаться на лето. Вот и решили посетить это романтичное место под названием Юрмала. Я хотела, чтобы ребята поучились сценическому мастерству у Александра Ревзина (режиссер-постановщик «Новой волны». — Ред.). Это неоценимая школа, которую можно пройти в те самые две недели перед конкурсными днями, когда все участники конкурса приезжают на «Новую волну», чтобы подготовить свои номера. А второй целью была возможность в третий конкурсный день спеть свою авторскую песню с экранов телевизора. Жаль, что выступать нам пришлось под «минус». Увы, не было технической возможности у самого конкурса, что лично для нас было огромным минусом. Например, для Леши Елесина (гитарист и солист Fruktов) это вообще первый опыт — петь, не играя живьем на гитаре. Он в караоке-то ни разу в жизни не пел, а тут — ответственное мероприятие, а опыта никакого. Это было для Леши чем-то наподобие танца маленьких лебедей, только в одиночку и без поддержки. Так что мы пели очень зажато. Микрофоны выключались. Чувствовали себя некомфортно. Но сейчас вот вспоминаем и ностальгируем. Чудесное было время. Столько новых друзей, коллег.

Уже чувствуем шаги Стинга.

— Сколько у вас оригинальных песен?

Мими: У каждого из солистов штук по 100. А вот общую песню мы пока вынашиваем. Нам нужен некий щелчок. Может, его никогда не будет. А может, мы напишем мегапесню — ее возьмут во все фильмы, перепоют все рок-звезды. Да, скорее всего так и будет, но только тогда, когда ей суждено будет появиться на свет. Как и авторской пластинке, о которой мы, конечно же, мечтаем.

— Правда ли, что ваш стандартный гонорар составляет 600 000 рублей — это выше, чем у многих поп-артистов, которые на сцене не один десяток лет?

Мими: Да. 600 и на каждого. И у каждого по пять квартир в любимых городах мира. А если серьезно, то я живу в квартире с соседями, которые меня спрашивают: Мими, почему ты все еще с нами живешь? А я понимаю, что привыкла к такой жизни и даже если была бы возможность купить себе отдельное жилье — позвала бы всех с собой. Так веселее.

Саша Даль: А вообще, знаете, напишите, что мы стоим миллион! Это красивая цифра. И потом, если вы напишете — сразу же будет ясна картина и мой телефон перестанет разряжаться три раза в день от поступающих звонков. Ну, мы сразу же отсечем какую-то часть интересующихся.

— С другой стороны, вы провели благотворительный концерт в помощь фонду «Дети БЭЛА».

Саша Даль: У нас на группу восемь своих детей. И у нас не выходит оставаться безучастными. Более того, нам кажется, что кто-то страдает за нас. Как же мы можем не хотеть помочь тем, кто берет на себя наши страдания? Мы здоровы, молоды, занимаемся любимым делом, так неужели мы не можем сделать хотя бы что-то во имя тех, кому выпала другая доля. Мы и раньше старались помогать фондам, но с недавнего времени мы стали близкими друзьями с фондом «Дети БЭЛА». Когда я узнала о существовании этого редкого генетического заболевания (кожа детей, страдающих буллезным эпидермолизом, тонка и нежна, как крыло бабочки, поэтому таких детей стали называть «дети-бабочки»), я рассказала о нем ребятам. Все без исключения прониклись проблемой в равной степени со мной, и мы решили помогать именно этому фонду. Таким образом и решили начать с большого концерта в «Известия Hall», где все собранные с концерта деньги ушли в фонд, на нужды «детей-бабочек». Специально для этого концерта мы сделали видеоролик на нашу авторскую песню «Петь тебе», посвятив его всем, кто соприкасается с этой болезнью каждый день, ролик скоро появится в сети.

— Поступают вам предложения, от которых захватывает дух?

Саша Даль: Буквально пару недель назад мне позвонили: «Здравствуйте, вас беспокоит Пугачева Алла Борисовна». — «Ох ты!» — «Привыкайте, Саша, привыкайте». Она нас позвала на Новый год в свой дворец. Но мы, к сожалению, уже договорились выступать в Юрмале. Но боже мой! Я в 13—15 лет ей даже песни отправляла, у меня много с ней связано историй.

А вообще — очень жду, когда мы сыграем со Стингом. Пять лет назад это казалось совсем несбыточным. А сейчас мы постояли почти на одной сцене с Тимберлейком, спели с Эшли Слейтером. Уже чувствуем шаги Стинга.

Джастин Тимберлейк на «Вечернем Урганте»


— Чем вы особенно гордитесь?

Саша Даль: Тем, что не изменяем себе. Что мы умеем любить. Что нам удалось вокруг себя построить почти идеальный мир. Что нам удается его сохранить. И что наши мамы нами гордятся и спят спокойно, когда перед сном видят наши лица с экранов своих телевизоров. Как поет Паша Воля: «Главное, чтобы эта песня нравилась моей маме...»

— Вас Москва изменила?

Мими: Мы нескромно надеемся на то, что мы своим присутствием ее меняем. Хотя бы капельку, хоть она слезам и не верит.

Комментарии

Новое в разделе «Современная музыка»SpacerСамое читаемое

Сегодня на сайте

«Нуреев» как «Матильда»Театр
«Нуреев» как «Матильда» 

Элита взыскует чего-то роскошного и блестящего — с любовью, как бы запретными сюжетами и всем тем, что у нас принято понимать под гламуром

13 декабря 201743080